Мало кто с удовольствием не смотрел, даже несколько раз, чудесный американский фильм «Побег из Шоушенка» (1994), в котором второй герой экранизации повести   Стивена Кинга «Рита Хейуорт и спасение из Шоушенка»  - осужденный на пожизненное заключение Ред освобождается из тюрьмы.  Режиссер фильма Фрэнк Дарабонт мастерски убеждает зрителя в том, что среди осужденных на сверхдлительные, даже пожизненные сроки заключения могут быть и  есть люди, осознавшие свою вину, исправившиеся и достойные для жизни на свободе.  Режиссер показывает также судьбу главного героя, сумевшего сбежать из мрачной тюрьмы Шоушенк -   вице-президент банка Энди Дюфрейн осужден на два пожизненных срока за  убийство  жены и её любовника, хотя на самом деле никого не убивал, произошли  ужасные для него следственные и судебные ошибки.

Такие случаи происходят  в судебно-пенитенциарной практике всех стран.  В 2013 году житель американского штата Техас Рандольф Арлидж, почти 30 лет назад приговоренный к 99 годам лишения свободы за жестокое убийство женщины, был  признан невиновным в преступлении и вышел на свободу.  30 лет ему не вернуть, а вышел благодаря  результатам анализа ДНК мужского волоса, найденного в автомобиле убитой.

Если такие ужасные ошибки происходят в США,  что ожидать от судебно-правовой системы  Азербайджана?  И если осужденные по обвинениям в легких преступлениях надеются и время от времени попадают в списки помилованных, возвращаясь к свободной жизни, то заключенные в Гобустанской тюрьме, а в ней содержатся также получившие пожизненный срок, никогда в такие списки не попадают. Поверьте, что в этой тюрьме немало вполне нормальных людей,  которым там не место.  Автор этой статьи несколько раз посещал Гобустанскую тюрьму в составе групп журналистов и правозащитников и общался там с пожизненно осужденными, достойными освобождения. Но негуманная практика помилования в Азербайджане обрекает этих людей на бесконечные мучения.  Находиться всю жизнь в бетонной камере размеров 6 на 3 метра, с возможностью выйти всего на час в сутки в закрытый дворик такого же размера – что может быть ужаснее и бесчеловечнее для тех, вина которых сомнительна, а пережитый ими длительный срок заключения мог бы считаться причиной досрочного освобождения в любой цивилизованной стране?

В августе будет 15 лет, как студента-отличника, будущего политолога, старосту группы, отслужившего в азербайджанской армии бакинца Сергея Стреляева осудили на пожизненное заключение за двойное убийство.  Сергей отрицает вину, говорит, что никого не убивал, а суд не учел факты, даже исключающие его присутствие  на месте преступления. 

За проведенные в Гобустанской тюрьме годы Сергей обрел дар поэта.  Кажется странным, но это факт – на свободе, в типографиях Баку  изданы семь тяжеленных томов  со стихами Сергея. Конечно, в этом огромная заслуга его неустанной мамы Анны и брата. 

В 2013 году в автора нежных, проникновенных стихов влюбилась бакинская журналистка Людмила,  впервые встретив суженого, когда брала у него интервью.  Они сыграли скромненькую свадьбу в клубе Гобустанской тюрьмы.  Скоро у них родился сын, сейчас ему три года.  Супруги встречаются раз в два месяца, в установленное законом для таких осужденных время и сроки.

«Недавно издана седьмая книга стихов Сергея. Рецензент последнего сборника – российский литератор К.Н.Дергач сравнила Стреляева с Есениным, даже вначале думала, что в сборнике опубликованы есенинские стихи, неизвестные общественности»,  -  говорила Анна Стреляева, занятая сейчас организацией презентации книги сына.

Москвичка, поэтесса Оксана Буланова назвала седьмую книгу  С.Стреляева философическим размышлением о жизни, патриотизме, любви и дружбе. Автор, разменявший четвертый десяток лет,  делится своими размышлениями и выводами с подрастающим поколением, - пишет Буланова в аннотации к книге Стреляева «Эхо разума».

Зачем поэту, однозначно разумному, мирному человеку, семьянину быть заключенным в бетонной коробке? Разве в этом смысл наказания за абсолютно недоказанную вину?

Семья Стрелявых и сам Сергей неоднократно обращались с письмами в Администрацию  президента Азербайджана,  в комиссию по помилованию, к омбудсмену, к первой леди. К обращениям прилагались письменные ходатайства об освобождении, помиловании  Стреляева, подписанные азербайджанскими общественными организациями и литераторами. Но, как считает мать поэта – Анна, письма не доходят до адресатов, застревая в бюрократических кабинетах, съедая жизнь человека достойного свободы. 

Два месяца тому назад к делу Стреляева подключилось посольство России, к которому Анна обратилась с просьбой довести ее обращения до президента Азербайджана.

Скоро, к празднику Новруз будет опубликован текст президентского акта об амнистии.  Заключенные Гобустанской тюрьмы привыкли к тому, что гуманность главы государства обходит их стороной. Но надежда, как известно, всегда уходит последней…

Кямал Али