Суббота была напряженным рабочим днем в Белом доме. Кульминацией внешнеполитических телефонных переговоров стал ожидавшийся с большим нетерпением разговор американского и российского президентов –​ первый с момента вступления Дональда Трампа в должность. Вести переговоры с иностранными лидерами американскому президенту пришлось на фоне внутреннего кризиса, вызванного пятничным указом, который ввел иммиграционный мораторий сроком на 90 дней для жителей семи стран с мусульманским большинством –​ Ирака, Сирии, Ирана, Судана, Ливии, Сомали и Йемена.

Этот запрет распространяется в том числе на граждан, имеющих визы США или другие законные основания для въезда в Соединенные Штаты. В первые же сутки это привело к отказу во въезде как минимум для 109 человек, в некоторых аэропортах США начались акции протеста. Трамп прокомментировал свой указ словами: “Он работает прекрасно. Вы можете наблюдать это в аэропортах, вы можете видеть это повсюду”.

Иммиграционный запрет спровоцировал не только гражданские протесты, но и юридические разбирательства. В субботу правозащитники подали в суд в Бруклине первое заявление от лица двух выходцев из Ирака, имеющих отношение к американским вооруженным силам и задержанных в аэропорту Нью Йорка. Федеральный окружной судья Энн Доннели вынесла срочное постановление о временном запрете на депортацию из американских аэропортов лиц, имеющих действующие визы.

На фоне широкого обсуждения нового ограничения на прием беженцев, переговоры президента с лидерами других стран не стали основной темой информационной повестки в США. Белый дом не спешил с выпуском заявления о главных темах, поднятых в ходе разговора с Владимиром Путиным, Кремль это сделал гораздо быстрее, так что, например, телеканал CNN и газета USA Today в своих публикациях основывались на российском заявлении.

Путин поздравил Трампа с победой на выборах. В беседе, продолжавшейся минут сорок пять-пятьдесят, был затронут широкий круг вопросов от ситуации на Ближнем Востоке и на Украине до сотрудничества в борьбе с ИГИЛ, возобновления взаимовыгодных экономических связей и перспектив дальнейших двусторонних политических контактов, включая место и время возможной американо-российской встречи в верхах. Были упомянуты, кроме того, палестино-израильский конфликт и ядерные проекты Ирана и Северной Кореи. Трамп последовательно выступает за прагматизм в подходе к России, то есть за налаживание взаимодействия с ней в любой области, если таковое может быть полезно Соединенным Штатом. Одно из таких направлений – борьба с международным терроризмом, на котором, по словам Трампа, Россия представляет собой "очень ценный ресурс". Многие демократы, а также "тяжяловесы" из республиканского лагеря, такие как Джон Маккейн, Линдси Грэм и Марко Рубио, с этим не согласны. По их убеждению, цель России – сохранение в Сирии режима Асада, а не ликвидация ИГИЛ и других радикальных группировок, не считая тех, которые настроены непримиримо к правительству в Дамаске.

Трамп и Путин, судя по всему, не затронули напрямую вопрос санкций, введенных США в ответ на аннексию Россией Крыма и поддержку сепаратистов на востоке Украины. Вместо этого были произнесены лишь общие слова о пользе двусторонней торговли как с коммерческой точки зрения, так и в плане благотворного влияния торговых контактов на развитие отношений в целом. В четверг сотрудник престижной исследовательской организации Atlantic Council Фабрис Потьер написал в Твиттере, сославшись на непоименованный источник в Белом доме, что администрация Трампа уже подготовила указ об отмене части санкций. На следующий день, однако, один из помощников президента, а также он сам, выразили уверенность в том, что заводить разговор о смягчении санкций в настоящий момент было бы преждевременно. Впрочем, в начале месяца, незадолго до инаугурации, Трамп высказался в том смысле, что был бы не прочь проверить возможность заключения сделки с разменом санкций на уступки России в плане сокращения ядерных вооружений. Идею Трампа комментирует по нашей просьбе аналитик Гудзовского института Ричард Вайц:

– В российском заявлении говорится, что стороны обсудили в общих чертах вопросы нераспространения и так называемой "стратегической стабильности". Последнее – эвфемизм, используемый Кремлем для обозначения таких нежелательных, на его взгляд, явлений, как создание американцами системы ПРО в Европе или военные учения НАТО вблизи границ России. Нет, однако, прямых указаний на то, что Трамп и Путин обсуждали во взаимоувязке санкции и контроль над вооружениями, о чем американский президент упомянул вскользь лишь в одном из своих твитов. Причем российские представители категорически отринули эту идею. Поэтому я полагаю, что Трамп и не пытался возродить ее в разговоре с Путиным.

Стороны, по-видимому, ничего не говорили и о хакерских атаках на компьютерные сети Демократической партии во время последней избирательной кампании. Вся эта история остается по-прежнему весьма злободневной в США. Предположительно, последним свидетельством, подтверждающим причастность Кремля к кибернападениям, стали аресты в России двух сотрудников ФСБ и одного компьютерщика – специалистов в области кибербезопасности, которым предъявлены обвинения в госизмене и передаче закрытой информации Соединенным Штатам. Впрочем, по другой версии, аресты связаны с деятельностью хакерской группировки "Шалтай-Болтай", причастной к взломам почтовых ящиков российских должностных лиц. Так или иначе, как отмечают источники New York Times, администрация Обамы долго колебалась с представлением доказательств российского следа в истории с кибератаками, не желая подвергать риску россиян – поставщиков секретных сведений.

Серия субботних телефонных звонков Трампа началась беседой с премьер-министром Японии Синдзо Абэ. Обсуждалась, среди прочего, предстоящая на будущей неделе поездка в Токио и Сеул министра обороны Джеймса Маттиса. Визит призван подтвердить преданность США своим союзникам в Азии в принципе и особенно сейчас на фоне угрожающих военных шагов Северной Кореи, как то повторный запуск плутониевоего реактора в Йонбене и приготовления к очередному испытанию баллистических ракет. Кроме того, Япония и Южная Корея обеспокоены резким выходом Соединенных Штатов из Договора о транстихоокеанском экономическом партнерстве, который должен был служить как либерализации торгового режима в регионе, так и целям стратегического сдерживания Китая.

Новый американский президент выражал крайнее недовольство неадекватными, по его оценке, попытками КНР образумить своего запальчивого северо-корейского партнера. На днях Пекин объявил, что вводит новые санкции в отношении Пхеньяна за его провокационные шаги в ракетно-ядерной области, состоящие, в частности, в ограничении экспорта в КНДР продукции двойного военно-гражданского назначения.

В ходе разговора Трампа и Абэ был согласован также визит японского премьера в Вашингтон, который состоится в следующем месяце.

После Абэ и до разговора с Путиным Дональд Трамп имел беседу с канцлером Германии Ангелой Меркель, которая, как и британский премьер Тереза Мэй, призывала его не отменять санкции против России до выполнения ею условий Минских соглашений.

Двумя последними собеседниками Трампа в субботу были премьер-министр Австралии Малкольм Тернбулл и президент Франции Олланд, который нелицеприятно высказался об американском президенте на саммите стран юга Европы в Лиссабоне, заявив, что руководитель США раздувает пламя "популизма и даже экстремизма" и стремится расколоть Европейский Союз, воздавая хвалу Британии за выход из ЕС.