Данные, опубликованные агентством Bloomberg, относительно количества полицейских на 100 тысяч жителей разных стран мира, вызвали дискуссию не только в возглавлявшей этот список России (почти 565 полицейских на 100 тысяч жителей), но и в некоторых оказавшихся в рейтинге странах Европейского союза.

В Чехии, занявшей 10-е место (почти 394 стражей порядка на 100 тысяч жителей), численность полицейских сил стала одной из тем телевизионных предвыборных дебатов. В ходе них выяснилось, что количество не играет главной роли в раскрываемости преступлений или снижении уровня преступности. В качестве примера был взят регион, где на одного стража порядка приходится самое большое в стране число жителей – 480 человек. Это Злинский край. В среднем по Чехии этот показатель – 300 человек. Отчасти эта статистика зависит от количества совершаемых преступлений. Злинский край в этом отношении спокойный, а за прошлый год преступность снизилась еще больше – количество правонарушений уменьшилось на 1 тысячу по сравнению с предыдущими годами. 55 процентов совершенных преступлений было раскрыто. По этим показателям край оказался на втором месте – сразу за Карловарским – в рейтинге эффективности работы полиции. Но это одна сторона медали, а вторая – злинской полиции не удалось предотвратить распространение поддельного алкоголя, приведшего к отравлению 77 и гибели 39 человек. Это был самый громкий скандал прошлого года, когда в ряде стран запретили импорт чешского алкоголя. Оказалось, что главные подозреваемые в продаже метилового спирта под видом этилового – два предпринимателя из Злинского края, а невозможность пресечь их преступные намерения отчасти связывают с недостаточным количеством полицейских.

Это противоречие играет немаловажную роль в чешской дискуссии вокруг количества полицейских, необходимого для обеспечения безопасности, и, что не менее важно, для предотвращения преступлений. За последние несколько лет из чешской полиции уволили около 8 тысяч стражей порядка, причем больше всего – после начала финансового кризиса, когда правительство начало сокращать бюджетные расходы. Недостающих полицейских возместили благодаря реформе самой полиции: из 39 тысяч сотрудников на улицах работает большинство – 31 тысяча, остальные занимают руководящие или административные посты. Эти изменения привели к тому, что на протяжении последних четырех лет уровень преступности снижается – если в 2009 году было зафиксировано почти 333 тысячи преступлений, то в прошлом году – чуть более 304 тысяч.

Накануне внеочередных парламентских выборов представители некоторых небольших партий, равно как и профсоюзов, начали говорить о необходимости увеличить количество полицейских. Но парламентские партии считают, что нынешнее положение удовлетворяет потребностям общества.

В отличие от Чехии и России, которые попали в первую десятку составленного агентством Bloomberg рейтинга, по численности сотрудников полиции Германия занимает 24-е место. Она в середине списка. На 100 тысяч жителей здесь приходится почти 297 полицейских. Райнер Вендт, председатель одного из двух крупнейших профсоюзов полицейских Германии, объединяющего 94 тысячи стражей порядка, в интервью Радио Свобода рассказал, сколько, по его мнению, необходимо полицейских, чтобы люди чувствовали себя защищенными, увеличилась раскрываемость преступлений, а в идеале удалось предотвратить нарушение закона:

– В германской полиции трудятся 265 тысяч человек. Это на 10 тысяч меньше, чем было 15 лет назад. ФРГ – федеративная республика, и многое в работе полиции, включая численность, определяется властями земель. В федеральной полиции служат 40 тысяч человек. Численность этого департамента за последние 10 лет заметно выросла, но параллельно во многих землях происходили и продолжаются сокращения штата. В Берлине, после объединения страны, было 28 тысяч полицейских, из них 12 тысяч – бывшие стражи порядка столицы ГДР – Восточного Берлина, – перешедшие на службу в полицию ФРГ. Но с тех пор поэтапно численность сотрудников столичной полиции сокращалась, и в данный момент там 16 тысяч полицейских. Увольнения, как и в других землях, были связаны с экономией средств из-за уменьшения бюджетных расходов. В Берлине, по нашей оценке, для полноценного выполнения функций и задач полиции не хватает двух тысяч стражей порядка.

– На основе каких данных вы утверждаете, что в Берлине не хватает именно двух тысяч полицейских?

– В 80-е годы было сделано фундаментальное исследование, которое помогло определить нормы плотности присутствия полиции. Оптимальное положение – когда на 400 жителей приходится один полицейский, то есть 250 полицейских на 100 тысяч человек. Однако Берлин – столица и требует особого подхода. Здесь расположены государственные учреждения и чаще возникают ситуации, требующие присутствия полиции. Для примера назову количество проходящих в Берлине демонстраций – две тысячи в год. Только они требуют серьезного присутствия полицейских сил.

К моменту объединения Германии в Восточном Берлине, где проживали 1,2 миллиона человек, на 100 тысяч жителей приходилась одна тысяча полицейских, а в западном Берлине – 800 человек. Но в состав полиции тогда входили и пограничники.

В Берлине проводятся марафоны и всевозможные парады, массовые уличные праздники. Обеспечение безопасности граждан во время подобных событий – дело, конечно, не только полиции. Но полиция олицетворяет собой защиту порядка. Германия – федеративное государство, и не во всех регионах уровень законопослушности одинаков. В относительно спокойной и богатой Баварии, например, хватает средств на содержание достаточного числа полицейских, и стражи порядка регулярно патрулируют улицы и общественные места. В Берлине полиции на улицах не видно.

Чешский историк Милан Барта, изучавший структуру и численность МВД Чехословакии до прихода к власти коммунистов и в годы их нахождения у власти, отмечает, что величина аппарата министерства и количество сотрудников полиции всегда зависели от стремления государства как можно больше контролировать своих граждан:

– Количество сотрудников службы безопасности начало увеличиваться сразу после окончания Второй мировой войны. В конце 40-х годов речь шла о 30 тысячах человек. Это было на 40 процентов больше, чем после возникновения Чехословакии в 1918 году. Интересно, что при увеличении репрессивного аппарата в те годы не думали об экономике, о том, какое бремя для государственных расходов несет численное увеличение сил безопасности, не говоря уже о том, ведет ли это к повышению эффективности. Количество полицейских продолжало расти до середины 50-х годов. В это время в министерстве внутренних дел числились около 60 тысяч человек – при том, что население Чехословакии составляло чуть более 10 миллионов. С этим, конечно, нужно было что-то делать, и в конце 50-х число сотрудников МВД уменьшилось. Но ненадолго. С наступлением "нормализации" в 70-х и 80-х набор начался снова. Пик наступил в 1988 году. В это время министерство разрослось до такой степени, что, во-первых, перестало работать эффективно, а во-вторых, требовало такого количества финансов, что реорганизация была неминуемой. В 1988 году ситуация осложнялась еще и тем, что помимо федерального министерства внутренних дел существовали отдельно чешское и словацкое министерства, которые контролировали часть отделов службы безопасности. Федеральный центр занимался исключительно управлением двух подотчетных им министерств и аппарата госбезопасности и насчитывал около 17 тысяч человек. Если же говорить исключительно о полицейских и сотрудниках, обеспечивающих их работу, то их число было еще больше. В Чехии и Словакии речь шла о приблизительно 60 тысячах сотрудников. Всего же аппарат безопасности Чехословакии насчитывал около 80 тысяч человек.

– С чем было связано увеличение количества сотрудников чехословацкой полиции в 70-х и 80-х?

– После того, как в середине 50-х состоялась реорганизация министерства внутренних дел и количество служащих уменьшилось, один из высокопоставленных сотрудников Штепан Плачек сделал сравнительный анализ, сколько полицейских и сотрудников тайной полиции приходится на одного жителя Чехословакии, Польши и Венгрии. По его мнению, самая плачевная ситуация была в Чехословакии, и Плачек рекомендовал срочно начать набор новых сотрудников. На основании его расчетов в дальнейшем была проведена реформа, после которой МВД разрослось до невиданных размеров. Главный аргумент Плачека был такой: чем больше полицейских, тем лучше можно контролировать общество. Стоит отметить, что в МВД Чехословакии в то время на постоянной основе числились советские советники. Они влияли на структуру организации. От их решений – создать или упразднить тот или иной отдел – в итоге зависела и общая численность сотрудников.

– После "бархатной революции" ситуация стала кардинально меняться – как происходил этот процесс?

– Количество полицейских уменьшалось, потому что МВД превратилось в молох. Государство уже не было способно его содержать. Более того, в феврале 1990 года были упразднены органы госбезопасности и уволены 6 тысяч сотрудников тайной полиции. Если эти люди хотели продолжить свою профессиональную карьеру, им приходилось пройти люстрационным процессом. Очень немногие в итоге получили право работать по специальности в новых условиях – в отличие от сотрудников ведомства общественной безопасности, иными словами, полицейских, которые стали служить новому государству, новому министерству внутренних дел.

– Как сотрудники тайной и обычно полиции влияли на жизнь людей в Чехословакии? Я в данном случае не имею в виду репрессии, а присутствие полиции на улицах, во время демонстраций.

– Сотрудники внутренней безопасности и тайная полиция действовали параллельно. Полицейские обязаны были всегда ходить в униформе, поэтому на разных фотографиях того времени их сразу легко идентифицировать. На снимках, сделанных, например, 17 ноября 1989 года во время акции памяти, которая переросла в массовые протесты, приведшие к "бархатной революции", количество людей в униформе можно пересчитать, однако в толпе всегда работали одетые в гражданскую одежду сотрудники службы госбезопасности, и они часто играли более заметную роль в задержаниях. Каждый участник протеста знал, что в толпе есть сотрудники тайной полиции, их боялись и одновременно они вызывали недовольство, иногда даже агрессивную реакцию. Очень часто именно этот факт приводил к тому, что даже мирный митинг заканчивался разного рода конфликтами.

– Часто ли – по сравнению с нынешней ситуацией – во время акций протеста проходили аресты?

– Во время массовых акций чаще всего использовали считавшийся испытанным метод, когда находившиеся в толпе сотрудники тайной полиции (в гражданской одежде), выявляли организаторов и самых активных участников. Их либо задерживали немедленно, либо старались отвести в сторону и арестовать там. В то же время полицейские в униформе не смешивались с толпой, не пытались остановить демонстрацию. Главные задержания осуществляли сотрудники тайной полиции. В отличие от того времени, сейчас, на мой взгляд, полиция не имеет столь выраженной агрессивной функции, она в очень редких случаях принимает участие в разгоне участников протеста. Она старается предотвратить расширение демонстрации, корректировать – вместо того, чтобы целенаправленно разгонять.
Гимн грузинской полиции

Радио Свобода