Meдиа юрист Алескер Mамедли комментирует РадиоАзадлыг вновь подготовленный законопроект «О военном положении».

Если в стране будет объявлено военное положение, то может быть применена военная цензура, сказано в новом варианте вышеназванного закона.

Военная цензура предполагает следующее: медиаинформация должна быть заранее согласована с государственными, в том числе, военными управленческими структурами. Для предотвращения незаконного распространения информации, содержащей военную тайну, будет установлен контроль за перепиской, телефонными разговорами, теле и радо вещанием.

Meдиа юрист Алескер Мамедли дает РадиоАзадлыг оценку данного законопроекта:

– Однозначно утверждаю, что это противоречит 50 статье Конституции. Во второй части этой статьи очень четко прописано, что в Азербайджане запрещена государственная цензура над каким-нибудь Средством Массовой Информации. Если сказано «запрещено», это означает, что для исключений неуместны. Если кто-то выводит на повестку дня вопрос о возможности применения военной цензуры, на самом деле просто попирает Конституцию. С этой точки зрения, парламент превышает свои полномочия. В 71 статье Конституции определена некая красная нить в связи с парламентом. Согласно этой статье, Милли меджлис не может внести еще больше ограничений прав и свобод , чем это определено Конституцией. С этой точки зрения нарушены 71 и 50 статьи Конституции. Если «запрещено», то значит запрещено, никаких ограничений здесь быть не может. Если бы ограничения предполагались, то это было бы прописано в Конституции. Это первое. Второе, могут ли иметь место какие-то ограничения при военном и чрезвычайном положении? Да, могут. Однако ни одно из этих ограничений не касается цензуры. Цензура – это полное устранение свободы.

– А в связи с чем могут быть введены ограничения?

– Ограничения могут быть применены в связи с распространением государственной или военной тайны. Или же могут быть проведены упредительные меры по не допуску на территорию, где проводится военная операция. Но и это не может называться цензурой. Они именуется временные ограничительные меры. В связи с ограничительными мерами, как в законодательстве Азербайджана, так и в 10 статье Европейской Конвенции по Правам Человека очень ясно говорится, что установленные ограничения ни в каком случае не могут устранить саму свободу. Цензура же напрямую устраняет свободу выражения. В этом аспекте даже при наличии военного положения или войны применение цензуры недопустимо и у нее нет никакого легитимного основания.

– Однако депутаты отмечают, что во время боевых действий в Азербайджане распространение СМИ непроверенной информации создает порой ажиотаж. Именно этим они и обосновывают цензуру.

– Давайте посмотрим документы, разве в Азербайджане во время боевых операций объявлялось военное положение? То есть, если через 24 часа после официального объявления военного положения парламент его не ратифицирует, то этот режим не может быть введен.

То есть даже при интенсивном нарушении режима прекращения огня цензура не может быть применена, поскольку ни Азербайджан не объявлял войны Армении, и в Азербайджане официально не объявлено военное положение. Если что-то не объявлено посредством юридического документа, то применить это на практике невозможно. Возьмем хотя бы недавние апрельские события или имевшие место год назад августовские события – ни при одном из них в Азербайджане военное положение объявлено не было. По этой причине, даже если это пункт будет включен, то он все равно не будет работать даже при нарушении режима прекращения огня и интенсивных боевых действиях.

– Алескер бей, тогда в чем по-вашему, цель этих изменений?

– В течение последней недели друг за другом предпринимаются направленные на ограничение свободы выражения юридические меры. Одна из них – это изменение в закон о военном положении. Другое – включение телерадио частот в категорию особо значимой деятельности, охраняемой государством. Это анормальный шаг. Даже при том, что телевидение и радио регулируется государством, тем не менее, этот ресурс используется в общественном назначении, а не в государственном. Подчеркивая это, обращаю внимание на то, что в Азербайджане, таким образом, будет продолжено непримиримое отношение к фундаментальным правам и свободам человека. Сожалею, что Азербайджан так стремительно удаляет свое законодательство от демократических ценностей, применяя ограничительные нормы и ставя общество в ограничительные рамки.