В газете ЭХО опубликована статья, под заголовком "Правозащитник: Тюрьмы Азербайджана перегружены, нужны новые".

В статье ​опубликовано интервью глава Правозащитного центра Азербайджана рассказал об изменениях условий содержания заключенных и почему некоторые чиновники-бизнесмены против производства в местах лишения свободы

— Наблюдаются ли какие-либо изменения в вопросе нарушения прав человека в местах лишения свободы на системном уровне?

— В последние годы видимым образом ослаб общественный контроль за местами лишения свободы. Общественный комитет при Министерстве юстиции состоит из активистов неправительственных организаций, и у них те же проблемы, что и у остальной части гражданского общества, то есть безденежье, депрессия, ослабление международных связей. В результате посещения учреждений Минюста стали значительно более редкими. После смерти в прошлом году Эльчина Бехбудова (председатель азербайджанского Комитета против пыток — Авт.) практически прекратился мониторинг и следственного изолятора СГБ. Полицейские участки, по-моему, вообще никто из НПО не проверяет.

Естественно, что это не способствует решению застарелых проблем тюрем. Среди системных проблем можно назвать, например, коррупцию. Но в ней всегда есть две стороны, и если, например, жертвы не борются за свои права, жалуясь на конкретных коррупционеров, не подают на них в прокуратуру или суд, а вместо этого предпочитают откупиться, то они фактически (и юридически) становятся соучастниками преступников. Другая застарелая проблема — это жестокое обращение с задержанными в полицейских участках.

Не так давно заявивший на жестокое обращение журналист был осужден на два года лишения свободы за клевету. Но вот вопрос: смог ли кто-либо в Азербайджане за 17 лет существования соответствующей статьи в Уголовном кодексе АР доказать на национальном уровне, что он подвергался пыткам или жестокому обращению? Стоит также отметить, что из-за финансовых проблем или по другим причинам пока еще не достроены новые тюрьмы, в проекты которых заложены европейские стандарты.

— Как обстоят дела с условиями в местах лишения свободы? В частности, интересуют условия для заключенных, имеющих грудничков и осужденых-беременных…

— В прошлом году количество заключенных почти достигло дозволенного лимита. К счастью, парламент несколько разгрузил тюрьмы, но это временное решение. Нужны новые тюрьмы и изменение карательной политики, при которой люди оказываются в тюрьмах за незначительные преступления. Распоряжение президента Азербайджанской Республики Ильхама Алиева о гуманизации пенитенциарной системы правильно расставило акценты. Нужны система пробации, перекрытие каналов для коррупции, загрузка заключенных работой и превращение лишения свободы в исключительную меру. Очень ухудшились условия у заключенных женщин. За последние несколько лет их число удвоилось и достигло примерно полутысячи. А это значит, что у них меньше жилого пространства в общежитиях, больше скученности в клубе, во дворе, в бане, больше персональных конфликтов и наказаний, что ухудшает перспективы условно-досрочного освобождения. Колония для женщин как раз и входит в список того «долгостроя», о котором я уже говорил.

Новое учреждение для женщин и несовершеннолетних уже давно строится за городом, в поселке Кюрдаханы. Там будут обеспечены лучшие условия, в том числе для двух подгрупп заключенных женщин: несовершеннолетних, которых должны изолировать от взрослых преступниц, и женщин с детьми и беременных. В целом стоит заметить, что сегодня все заключенные, как и везде в Европе, имеют право на прогулку, кратко- и долговременные свидания с членами семьи, телефонные звонки, получение писем, посылок, продуктовых передач от семей, закупки необходимых вещей в тюремном магазине (ларьке). Заключенные могут жениться, иметь сексуальные контакты с мужьями (женами). Некоторые категории имеют право на недельный отпуск из колонии.

В тюрьмах есть спортзалы и спортплощадки, мечети, библиотеки, клубы, школы, компьютерные курсы. Качество питания не вызывает особых претензий. Сейчас кажется невероятным, но еще недавно, например, в тюрьмах запрещали радиоприемники, телевизоры, на окнах была частая решетка и жалюзи, которые не пропускали свет. Была строжайшая цензура, под которую попадали даже жалобы на администрацию, некоторым категориям заключенных не разрешали образование. Больных держали вместе со здоровыми. Шаг за шагом положение менялось, и эта работа местных правозащитников и международных организаций продолжается.

— Незначительное сокращение или рост числа заключенных явно не оказывает какого-либо влияния на уровень преступности в стране. Почему так происходит?

— Стереотипное мышление предполагает, что ужесточение наказания за то или иное преступление якобы послужит его предотвращению. На самом же деле, гораздо сильнее на преступников действует неотвратимость наказания. Сама длительность срока для целей предотвращения преступления не является определяющей, потому что, во-первых, этот срок грозит теоретически, а деньги или иная выгода — вот они, лишь протяни руку. Как говорится, кто смел, тот и съел. А во-вторых, срок могут позднее и пересмотреть в сторону уменьшения. Мало кто верит официальной статистике, что у нас в 10-миллионном Азербайджане насилуют 1 раз в 2 недели, или не применяют пыток — вообще, ни разу. Или что у нас раскрываемость преступлений выше, чем в развитых странах Запада. Все понимают, что какие-то происшествия не регистрируют, «висяки» (нераскрытые преступления) вешают на уже арестованных по другим делам преступников, кто-то откупается. А в результате преступники действуют в уверенности, что они останутся безнаказанными.

Еще один фактор — это экономический кризис. Казалось бы, он должен пробудить деловую инициативу. Но мало кто хочет возвращаться из города в деревню и жить на земле, работать на стройках. Куда привлекательней идея кого-то обмануть или ограбить. Поэтому за последние годы выросли такие преступления, как мошенничество, кражи, грабежи, разбои, служебные злоупотребления, взяточничество, уклонение от налогов и т.п. При этом наркобизнес, несмотря на серьезные наказания, процветает, так как приносит намного большую выгоду, чем любая другая законная активность, поэтому наркотиками занимаются и стар, и млад. С целью получения минимального наказания в наркобизнес вовлекают инвалидов, многодетных родителей, стариков, ветеранов войны. Но часть преступников сама наркозависима. Это в первую очередь больные люди, которые за дозу наркотика сделают что угодно, поэтому их надо лечить, а не сажать в тюрьму.

— Сегодня государство расположено к реформам во многих сферах, если они позволяют сэкономить бюджетные средства. Как вы думаете, кризис может оказаться возможностью для реформ системы наказаний?

— Тюрьмы теоретически могут обеспечить производство дешевой рабочей силой, сделать производимые товары конкурентоспособными. Но многие на исправительный труд смотрят с недоверием и недоброжелательностью, поэтому производство в тюрьмах почти повсеместно пришло в упадок. Труд сейчас во многих местах ограничивается лишь работой внутри хозяйственной бригады и ремесленными работами. Для того, чтобы тюрьмы начали исправлять осужденных, необходимо, чтобы, помимо изоляции от общества, функционировал и производственный отдел. Помимо прочего, он позволяет неимущим заключенным заработать на покупки в тюремном ларьке, выплатить гражданский иск по своему делу и даже что-то эпизодически посылать семье. При этом заключенный зарабатывает себе трудовой стаж и пенсионные накопления.

Но в Азербайджане, где одно время рабочие места создавали сотнями тысяч, труд заключенных, который к тому же несет и воспитательную функцию, почти не используется. Объяснений этому бытует много — от безынициативности до коррупции. Но факт остается фактом: человек, отправленный нашим обществом за решетку за нанесенный им вред, в большинстве случаев весь срок приговора живет за счет налогоплательщиков и выходит отвыкшим от труда и асоциальным. К сожалению, в нашей стране есть сильная оппозиция по вопросу производства в местах лишения свободы.

Во-первых, есть чиновники, которые зарабатывают на импорте заведомо более дорогих товаров, чем предлагают местные производители. Во-вторых, занимаясь трудом, заключенные заработают себе деньги и сами будут оплачивать свои потребности. Отпадет необходимость в увесистых передачах из дома, да и заключенные, заработав себе хорошие характеристики, смогут освободиться пораньше. Обрадует ли это тех, кто считает заключенных своей дойной коровой…?!