Кто страшней и опасней – фанатики "Исламского государства", отрезающие головы взятым в заложники журналистам, или сегодняшняя Россия? Сразу два острейших международных кризиса разворачиваются в мире одновременно – такого, кажется, не бывало еще никогда. Причем не просто абы какие, проходные или дежурные кризисы, а оба – экзистенциальные, то есть угрожающие самой системе либеральных ценностей демократии Запада. Не только средства массовой информации, но и мозги, похоже, не приспособлены воспринять два таких пожара одновременно.

Ждешь очередных тревожных сообщений с востока Украины, и вдруг мороз бежит по коже от рассказа об очередном душегубстве, учиненном в Ираке. Или о том, что тысячи молодых граждан стран ЕС заразились фанатизмом и отправились убивать "неверных" в Ирак или Сирию, и теперь их возвращения с содроганием ждут на родине. Настраиваешься на эту тему, и вдруг с волны сбивает очередная трагическая сенсация в репортажах из Донецка и Луганска. Или еще одно невероятное заявление российских официальных лиц.

Когда премьер-министр Дэвид Кэмерон говорит о "серьезной опасности" и решимости Британии этой опасности противостоять, то не сразу догадаешься, что имеется в виду. В минувшую субботу это относилось к проблеме возвращения на родину фанатиков-исламистов, во вторник – к скрытой российской агрессии против Украины. Кэмерон призвал европейские страны принять далеко идущие санкции против Москвы, нанести России долговременный ущерб, если она не прекратит дестабилизацию соседней страны.

"Мы знаем из европейской истории, какой опасностью чревата ситуация, когда независимое государство становится объектом угроз и подрывных действий", – говорил британский премьер, но не все европейские лидеры готовы легко согласиться с этим призывом. Только теперь до европейцев доходит, в какой ловушке они оказались, подсев на иглу дешевого российского газа. Некоторые даже говорят о новой, "энергетической колониальной эпохе", о том, что половина стран ЕС превратилась в "зависимые территории" новой Российской империи.

Это, конечно, преувеличение. Но правда то, что иные европейские страны утратили некоторую часть своего суверенитета, потеряли способность в полной мере принимать решения в национальных интересах, не оглядываясь на энергетического тирана. Как такое могло случиться? А очень просто: в 1990-годы казалось, что Россия при всех недостатках и всей кривобокости своей молодой демократии навсегда излечилась от любви к закрытым тираниям и вернулась в европейскую семью. Кто мог себе представить, что пройдет каких-нибудь полтора десятка лет и все вернется на круги своя?.. Как резко все переменилось!

Не самый крупный, но характерный пример: десять лет назад 61 процент опрошенных жителей России критически относились к тому, как была проведена бесланская операция по уничтожению террористов. Сейчас недовольных осталось только 24 процента, а подавляющее большинство – 56 процентов – всем полностью удовлетворены. В любом государстве Запада за пренебрежение жизнью заложников, пусть даже взрослых, правительству пришлось бы уйти в отставку, а непосредственных виновников их гибели отдали бы под суд. А уж если бы речь шла о гибели детей, всеобщее презрение ждало бы отдавших преступный приказ – пожизненный позор. А Россия рукоплещет…

Непостижимая загадка для образованного человека XXI века – слепая фанатичная вера воинов "Исламского государства" в непогрешимость своей "единственно верной" религии. Как могут люди искренне, без доли сомнения, считать, что Аллах вознаградит за убийство неверных, а погибший воин получит на том свете роскошную награду за безжалостность к себе и другим – 72 (как минимум) чернооких девственницы неземной красоты. Да что там человек Запада, даже курды (мусульмане и сунниты, между прочим) в ужасе: как воевать с людьми, которые вовсе не боятся смерти?

Но ненамного легче понять человеку Запада, как можно обожать Сталина, уничтожившего десятки миллионов своих сограждан? Как можно оправдывать убийство 186 детей ради борьбы с террором? Как можно слепо верить алогичным нелепостям, несущимся из телевизора? Как прикажете бороться с тем, что невозможно понять?

Андрей Остальский – лондонский журналист и политический комментатор

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции