Новая выставка – крупный международный проект: среди прочих свои раритеты предоставили лондонский Имперский военный музей, парижский Музей армии и Баварский музей армии. Однако больше всего на выставке экспонатов из собрания самого Исторического музея – с первых дней войны его сотрудники стали собирать предметы и документы, свидетельствующие о ходе сражений и жизни человека на войне.

О работе своих далеких предшественников рассказывает директор Исторического музея Алексей Левыкин:

– С августа 1914 года в музее работал Отдел текущей войны, куда поступали вещи и из Трофейной комиссии, и из полковых музеев. На нашей выставке представлено несколько комплексов памятников, которые могли попасть в музей только в это время. Это, к примеру, трофейное знамя крепости Перемышль. Это потрясающий документальный состав: дневники офицеров, записки, письма и фотографии. Мы представляем галерею портретов героев, выполненных военными художниками во время командировок в действующую армию. Могу предположить, что это были специальные экспедиции Отдела текущей войны. В этом отделе вплоть до 1918 года целенаправленно собирали и формировали историческую коллекцию. Кое-что тогда могло показаться странным, а теперь это бесценные вещи. Так был один преподаватель рисования, который догадался собирать рисунки своих учеников, посвященные Первой мировой войне. Благодаря его деятельности, у нас в Историческом музее 4 тысячи таких детских рисунков. Подобной коллекции нет ни в одном музее мира.

Выставок про Первую мировую и в Западной Европе, и в России этим летом открыто немало. В Петербурге даже основан Музей Первой мировой войны. В Ярославле создали симпатичную экспозицию о своих земляках – участниках сражений. 28 августа в московском "Новом Манеже" откроется выставка, построенная по большей части на фото и кинодокументах. Среди авторов проекта – архитекторы Евгений и Кирилл Ассы (а это гарантия того, что будут интересные дизайнерские решения) и кинорежиссер Павел Лунгин. И все же в этом ряду выставка Исторического музея не затерялась.

Экспозиция построена так, что в ней нет деления на своих и чужих, врагов и защитников отечества. Рядом с явно сделанным с натуры рисунком "Русский солдат с винтовкой" – того же формата, в такой же рамке акварель "Немецкий солдат на марше в полной экипировке". То же самое с образцами вооружения и обмундирования. Наверное, спустя сто лет только таким образом, как общечеловеческая катастрофа, как всеобщее несчастье, и должны восприниматься глобальные кровопролития.

Дотошный посетитель может восстановить хронологию и географию событий благодаря многочисленным мультимедийным ухищрениям. Но сама выставка, в общем, расставляет иные акценты. Окопная война, медицинская служба, химическое оружие, боевая авиация, артиллерия, пропаганда, жизнь тыла – вот сюжеты отдельных залов и стендов.

Здесь богатый вещный ряд. Поначалу эти предметы рассматриваешь со смешанным чувством любопытства и снисходительности. Любопытства – оттого что всего этого больше не существует. Не делают теперь пропеллеры из полированного дерева, не носят нынешние сестры милосердия белые фартуки с большими красными крестами на груди.

Снисходительности – от осознания, как далеко шагнул технический прогресс. Ну не смешно ли, с аэропланов в 1915 году они сбрасывали стрелы (впрочем, за время падения с высоты набиравшие такое ускорение, что пронзали и всадника, и коня)! Однако, пройдя выставку по часовой стрелке, от ее начала и до конца, вдруг видишь, что первый зал находится строго напротив последнего, и потому взгляды с портретов георгиевских кавалеров (и молодых нижних чинов с щегольски подкрученными усами, и благообразных генералов) устремлены туда, где находятся самые первые свидетельства краха российской империи и изменения всего миропорядка.

Как напоминает руководитель экспозиционного отдела Исторического музея Виктор Безотосный, в России впервые после столетнего перерыва столь серьезно обращаются к важной вехе истории:

– Собственно говоря, Первая мировая война – последний эпизод Российской империи, после которого она прекратила существование. И не только она, а четыре империи: Российская, Германская, Австро-Венгерская и Османская. Кардинально изменилась карта мира! Горький парадокс этой войны заключается в том, что по ее окончании весь мир решил, что после таких бедствий новых войн не будет. Настолько были потрясающие разрушения, настолько было ясно, что единственный итог – тотальное уничтожение. Тем не менее произошла и Вторая мировая война. Весь смысл нашей выставки в том, что Третья мировая невозможна. Европа ее уже не перенесет.

Радио Свобода