15 февраля 1564 года в итальянском городе Пиза родился Галилео Галилей, основатель экспериментальной физики, великий астроном и философ, вступивший в конфликт с церковью и написавший труды, благодаря которым европейская наука уже на рубеже 16-17 веков пошла по пути, по которому двигалась и все последующие столетия – эмпирическому.

При этом сам Галилей всегда стремился не только к фундаментальным открытиям, могущим поставить под угрозу его спокойное существование, но и к славе и деньгам, рассказывает научный обозреватель Радио Свобода Александр Сергеев:

– Галилей был великим ученым. В его время разница между направлениями и дисциплинами науки была не столь выражена, как в наше время, поэтому он был и механиком, и математиком, и астрономом, и философом – все вместе. Но главное, он был основоположником эмпирической науки Нового времени, то есть той науки, которую мы знаем сегодня. До Галилея наука в основном базировалась на умозрительном подходе, сохранившемся со времени Аристотеля. А Галилей, еще будучи студентом, во время изучения физики Аристотеля ощутил ее неубедительность, многие аргументы Аристотеля казались ему противоречащими или здравому смыслу, или опыту. И геоцентрическая теория Птолемея, полагавшая, что все планеты и Солнце вращаются вокруг Земли, тоже показалась ему странной. Галилей стал разрабатывать собственную теорию движения, став профессором, он исследовал новые принципы механики, в том числе разработал теорию движения по наклонной плоскости, теорию свободного падения, полета тела по параболе под углом к горизонту, когда оно брошено, разобрался с колебаниями маятника. Но он нигде это не публиковал и даже был вынужден продолжать преподавать теорию Птолемея, в которую сам не верил – что называется, "программа диктовала так". Протестовать тогда против канонов, каких бы то ни было, было крайне трудно.

– Много написано о том, что, несмотря на свои оригинальнейшие идеи, Галилей стремился не столько к славе и открытиям, сколько искал в науке способ быстро обогатиться. Вы согласны с такой мыслью?

– Он был честным ученым. Другой вопрос, что он видел путь в науку как вариант карьеры, как наискорейший способ благодаря собственному уму добиться статуса в обществе, богатства. Довольно много усилий он тратил не только на чисто научные исследования, на, как сейчас говорят, фундаментальную науку, но на коммерческое изобретательство, на науку прикладную. Например, он разработал гидростатические весы. Это инструмент, который позволял определять состав сплавов по их плотности. Грубо говоря, это было развитие идеи Архимеда, который в наибольшей степени может считаться учителем Галилея, в некотором смысле восстановившего прерванную традицию. Потому что после Архимеда эмпирическая наука, которая только начала зарождаться в Древней Греции, умерла, и до Галилея ее практически не было. Потом он разработал пропорциональный циркуль – довольно сложный и интересный прибор, который позволял проводить много измерений и одновременно вычислений.

Наконец, он усовершенствовал телескоп. Часто говорят, что он его изобрел – на самом деле он его вовсе не изобретал. Изобрели телескоп в Голландии, а Галилей увидел впервые это прибор в Венеции. И у него тут же перехватило дух! Он понял, что это инструмент, на котором можно заработать, потому что в Венеции цены на рынке резко колебались, как только было видно, какой корабль возвращается из дальнего плавания. А в телескоп можно было увидеть этот корабль раньше – и начать менять цены раньше. И он тут же стал совершенствовать телескоп, чтобы продавать его купцам, которые следили за подходами к морскому порту. И только потом до него дошло, что в него еще можно и в небо смотреть! Надо отметить, что он впервые стал смотреть в небо, безусловно, из-за любопытства, а также для того, чтобы продемонстрировать возможности этого инструмента. Это был в некотором смысле маркетинговый ход! Но потом его это захватило. И он полностью погрузился в астрономию, впрочем, не забывая делать телескопы и продавать их.

– В науке, в развитии европейской цивилизации, получается, во многом все изменил телескоп? Потому что имя Галилея прямо связано с укреплением сверхреволюционной для того времени гелиоцентрической теории, то есть с тем, что Земля вращается вокруг Солнца, что было в телескоп видно. И, соответственно, с теорией, которая опровергала церковные догматы, откуда возник последующий конфликт Галилея с Ватиканом и с инквизицией.

– Возникновение гелиоцентрической теории привычно связывают все-таки с именем Николая Коперника, чью книгу, кстати, переводил Галилей. Но даже и не Коперник ее придумал, на самом деле. Первым ее выдвинул еще Аристарх Самосский в Древней Греции. Просто его слушать не стали, потому что авторитет Аристотеля и Птолемея всех задавил. А потом христианская церковь приняла геоцентрическую концепцию Аристотеля и Птолемея как официально утвержденную точку зрения. И с тех пор высказываться против нее было до некоторой степени идентичным тому, что высказываться против церкви.

Галилей изначально придерживался взглядов Коперника, но, что называется, громко на эту тему не говорил. Однако, когда он стал смотреть на небо в телескоп, он увидел там, например, кружащиеся вокруг Юпитера его спутники и увидел пятна на Солнце. Нельзя было больше предполагать, что в небе расположены божественно идеальные объекты – как идеальные объекты могут быть запятнаны? Галилей увидел горы на Луне и понял, что Луна – это сфера с рельефом, с местностью, как на Земле. Еще он увидел фазы Венеры – и это, может быть, была самая интересная деталь, которая подтверждала, что Венера вращается вокруг Солнца, а не вокруг Земли. И Галилей настолько укрепился в вере в истинность гелиоцентрической системы Коперника, что посчитал, что пришло время говорить об этом открыто. Он написал книгу "Звездный вестник", в которой изложил свои открытия, и стал выступать на публичных диспутах, на которых начал отстаивать гелиоцентрическую идею. Но это довольно быстро не понравилось церкви и инквизиции. Ему дали понять, что он этим заниматься больше не должен. А книгу Коперника именно в это время, буквально через несколько лет после открытия Галилея, запретили. И Галилей ждал и молчал. Он подчинился, как законопослушный человек. Но потом его друг кардинал Барберини стал папой Урбаном VIII и дал ему понять, что, в общем, можно опубликовать эту книгу, где с нейтральной позиции "и вашим, и нашим" предлагались и сравнивались эти две концепции, гелиоцентрическая и геоцентрическая. Однако потом Урбан VIII нисколько не смог защитить Галилея от судебного процесса и заключения, отчасти он даже этому способствовал.

– Для большинства современных потребителей информации исторические личности, их деяния и труды известны по одному-двум анекдотам. Галилей – по якобы произнесенной фразе: "А все-таки она вертится", хотя это придуманная небылица, ничего подобного он не говорил в конце своего знаменитого "покаяния". А интереснее ведь то, что спустя столетия перед ним посмертно покаялась сама Римско-Католическая церковь?

– Да, даже представить себе, что во время этих всех торжественных и мрачных процедур можно было в ту эпоху встать и сказать что-то столь диссидентское, трудно, тогда это было невозможно. Тем более что Галилей каялся не единовременно, как в театре, просто потому, что "ему так приказали, а он для вида отрекся". Он был вынужден это делать достаточно последовательно. Кроме того, это не освободило его от наказания. Фактически его посадили под домашний арест, под которым он сидел до самого конца жизни, в течение 9 лет. Ему было запрещено публиковаться, запрещено обсуждать с кем бы то ни было гелиоцентрическую систему. Но самое интересное то, что другую его книгу, о механике, которая была написана по самым первым его исследованиям, когда он был профессором в Пизанском и Падуанском университетах, опубликовали независимо от Католической церкви в протестантской Голландии. И благодаря этой публикации, в общем-то, труды Галилея до нас и дошли и стали основой науки. Несколько столетий спустя, действительно, когда уже никаких возможностей спорить не осталось, Католическая церковь постепенно провела, что называется "реабилитацию" Галилея, и в 1992 году папа Иоанн Павел II принес свои извинения и заявил, что Католическая церковь была неправа, преследуя Галилея за эти его идеи, – напоминает научный обозреватель Радио Свобода Александр Сергеев.

Радио Свобода