23 ноября правительство Китая объявило о создании в Восточно-Китайском море опознавательной зоны ПВО, работу которой будет регулировать Министерство обороны КНР. Первое воздушное патрулирование зоны, распространяющейся за пределы территориальных вод КНР, состоялось в тот же день. Как пояснил представитель министерства обороны Китая, зона будет применяться для распознавания летательных аппаратов, наблюдения и контроля за ними, а также для своевременного оперативного реагирования в случае возникновения угрозы.

Министр обороны США Чак Хейгл в ответ назвал действия Китая "попыткой изменить статус-кво в регионе". Хейгл отметил, что "односторонние действия" Китая усиливают риск возникновения конфликта в результате "недопонимания и неправильных выводов" о намерениях другой стороны. Американский министр подтвердил союзнические обязательства США в отношении Японии, которая оспаривает притязания Китая на находящиеся в Восточно-Китайском море острова Дяоюйдао (по–японски - Сенкаку).

Ситуацию комментирует директор Центра Восточных исследований Высшей школы экономики в Москве Алексей Маслов.

- Почему зона создана именно сейчас? Ведь территориальные споры в Восточно-Китайском море ведутся уже довольно давно. Может быть, это как-то связано с недавним пленумом ЦК КПК ?

- Да. Этот пленум, по сути дела, во многом дал карт-бланш новому руководству Китая на более решительные действия вообще во всех областях, в том числе и во внешней политике. Здесь надо учитывать, что после прихода к власти КНР Си Цзиньпина внешняя политика КНР, в том числе и политика по спорным территориям, заметно активизировалась. Это касается не только Синкаку, но и споров вокруг островов Спартли в Южно-Китайском море. Китай показывает, что он готов предпринимать активные действия, а не только устами китайского МИДа отвечать на какие-то выпады. И во многом это еще, конечно, довольно умная провокация со стороны Китая - посмотреть, как вообще весь мир, союзники и противники Китая реагируют на ситуацию. В известной степени, это - лакмусовая бумажка, чтобы понять, насколько Китай может продвигать вперед свои политические амбиции.

- Просчитали ли в Пекине жесткую реакцию Японии и США?



- Я уверен, что на нее и рассчитывалось все это. Китай пытается завести в тупик любые совместные действия США и Японии. США отреагировали, как и ожидал Пекин, то есть выступили с довольно резким заявлением как в лице министра обороны США, так и в лице целого ряда американских сенаторов. Вместе с тем, Китай может сейчас попытаться показать всему миру, что, кроме этих резких заявлений, США ничего не способны сделать для защиты своего союзника. И как следствие, по мнению Пекина, это может обратить взоры целого ряда стран Юго-Восточной и Восточной Азии в сторону Китая именно как победителя. По крайней мере, победителя в политической схватке, если не военной. Сегодня Китай, пытается подобрать под себя целый ряд так называемых «колеблющихся» стран, с которыми довольно плотно сотрудничают США. Речь идет прежде всего о Филиппинах, в известной степени об Индонезии и Южной Корее. Пекин пытается продемонстрировать, что ему ничего нельзя сделать, несмотря на столь воинственные заявления и готовность ввести в дело вооруженные силы в случае нарушения границы.

- В территориальных спорах стороны очень редко идут на уступки. Означает ли все это, что мы имеем дело с очередным и теперь уже очень долгосрочным обострением отношений КНР с Японией?

- Вопрос, насколько это обострение будет долгосрочным, очень сложный. Мы знаем точно так же из истории целый ряд конфликтов, которые длятся десятилетиями или даже столетиями, что не мешает странам развивать торговые отношения. Потому что все прекрасно понимают, что находиться в постоянном состоянии вражды, особенно на столь маленькой территории, очень сложно. Япония является одним из крупнейших, если не крупнейшим инвестором в Китае. Япония разместила свои производства на территории Китая и сама заинтересована в реализации своей продукции или, по крайней мере, в своем производстве на территории Китая. Китай абсолютно не заинтересован терять столь крупного инвестора. Но за любой политикой, как всегда, стоят экономические соображения. Сегодня Китай достаточно накопил своего внутреннего валового продукта и золотовалютных резервов, чтобы не нуждаться в каких-то серьезных притоках валюты и вообще любых крупных инвестициях со стороны. Китай от них не отказывается, но они не являются уже критичными. То есть, вся ситуация с Японией началась именно после того, как Китай почувствовал, что он сам достаточно богат и силен. Многие технологии, которые Япония передавала Китаю вместе с развитием производства, Китай сегодня спокойно может покупать или даже воспроизводить. Поэтому такая зависимость от столь важного союзника, как Япония, исчезла. Сейчас, я думаю, конечно, Китай значительно более важен для Японии, чем Япония для Китая. Так что, несмотря на охлаждение отношений и сворачивание целого ряда проектов, которые были свернуты еще в прошлом году, например, ряд проектов по строительству совместных автомобильных заводов и расширению их, я уверен, что все равно сотрудничество продолжится. Но оно будет резко ограничено. Более того, китайские власти будут пользоваться этим рычагом, чтобы при желании вытеснить японских производителей со своих рынков.

Радио Свобода