В Гаване в июле начался уже 11-й по счету раунд мирных переговоров между колумбийским правительством и руководством ультралевой вооруженной группировки Революционные вооруженные силы Колумбии (FARC). В США и Евросоюзе FARC считают террористической организацией, связанной с мировой сетью торговцев кокаином.

Ингрид Бетанкур, колумбийский политик и бывший кандидат в президенты страны, чья история похищения партизанами FARC и 6-летнего плена когда-то привлекала внимание всего мира, только что отпраздновала 5-летнюю годовщину своего чудесного освобождения, в результате тонкой спецоперации колумбийской армии. Беседуя с корреспондентом ВВС, Бетанкур сказала, что каждый день вспоминает все, через что прошла. И - думает о том, что любая война, особенно гражданская, это всегда для кого-то очень хороший бизнес:

«Именно с этим мы имеем дело сегодня в Колумбии. И наша задача убедить друг друга, что лучший бизнес для колумбийцев сегодня – мир».

Вооруженный конфликт в Колумбии, длящийся с начала 60-х годов XX века, по данным властей, унес жизни более 600 тысяч человек, и еще около 3 миллионам пришлось бежать из родных мест.

Впервые представители официальной Боготы и FARС встретились в гаванском Palacio de Concordias (Дворце согласий) 19 ноября 2012 года, при посредничестве Кубы и Норвегии, выступающих в роли гарантов. Главный представитель FARC на переговорах на Кубе, команданте Иван Маркес, сейчас упорно требует созыва в Колумбии Учредительного собрания, которое определит формат возможного мирного соглашения. Очевидно, вопросы аграрной реформы, проблемы наркотиков (и их частичной легализации) и компенсаций жертвам конфликта в последние дни отошли для FARC на второй план. Члены правительственной делегации из Боготы, в свою очередь, логично настаивают на том, что любые разговоры об Учредительном собрании и, тем более, о переносе ради этого президентских и парламентских выборов, намеченных на весну 2014 года, возможны лишь после того, как бойцы FARC сложат оружие и вольются в гражданскую жизнь страны, как законная мирная оппозиция, действующая демократическими методами. При этом официальная Богота уже сейчас готова предоставить партизанам определенные гарантии безопасности, весьма серьезные.

Глава колумбийской правительственной делегации Умберто де ла Калье не раз говорил, что обсуждать можно лишь заранее оговоренные темы, и любые изменения условий он считает бессмысленными и недопустимыми. 27 мая FARC и официальная Богота, действительно, сумели договориться о начале процесса подготовки «земельно-аграрной реформы», которая, по словам обеих сторон, «изменит лицо крестьянской Колумбии». В том числе – о создании специального «Банка земли», выделении участков самым неимущим жителям деревни и обеспечении справедливого доступа к земельным аукционам, а главное – возвращение государству и крестьянам земель, сейчас фактически оккупированных праворадикальными вооруженными отрядами на службе у богатых скотоводов и наркоторговцев, то есть, говоря просто, бандитами. С ними, по крайней мере, на словах, правительство и FARC договорились вести совместную борьбу. До сих пор администрация президента Колумбии Хуана Мануэля Сантоса утверждает, что по крайней мере треть из этих земель на самом деле находится под контролем партизан из FARC, имеющих давние связи с наркокартелями – что последние, разумеется, отрицают.

Так или иначе, но после утверждения договоренности о реформе Сантос написал в своем Twitter: «Мы празднуем, правда, этот фундаментальный прорыв в Гаване… это конец полувекового конфликта!» Ранее Сантос не раз говорил, что мечтает о том, чтобы переговоры с FARC завершились к концу этого года.

FARC - далеко не единственная ультралевая повстанческая группировка в Колумбии, хоть и самая крупная, имеющая в своих рядах, по последним данным, 8 тысяч бойцов (10 лет назад их насчитывалось около 16 тысяч). Сейчас «Революционные вооруженные силы Колумбии» параллельно ведут еще одни переговоры, пытаясь набрать если не военный, то хотя бы политический вес. 1 июля руководство FARC сообщило о преодолении прошлых разногласий с леворадикальной организацией «Армия национального освобождения» (ELN), также признанной террористической в США и ЕС. Судя по сообщениям от FARC, на встрече, которая прошла в неизвестном месте в Колумбии, разговор шел о возможном скором объединении группировок с целью «консолидации политических и социальных сил ради позитивных изменений в стране». ELN, располагающую примерно 1500 бойцов, на переговоры в Гавану никто пока не приглашал, хотя ее руководство не раз изъявляло готовность в них участвовать.

Колумбийские крестьяне, видимо, воодушевленные надеждами на окончание конфликта и смертельно уставшие жить в страхе перед всеми участвующими в нем сторонами, начинают самостоятельные акции протеста, выдвигают свои требования - однако в последние дни это внезапно лишь обострило обстановку и сыграло на руку ультралевым. В северо-восточной провинции Кататумбо, которую контролируют партизаны, крестьянская демонстрация, призванная обратить всеобщее внимание на ужасающе низкий уровень жизни местного населения, закончилась бойней. Когда протестующие блокировали федеральное шоссе, полиция применила боевые патроны, убив двух человек, и еще восемь были ранены.

Местная Крестьянская Ассоциация Кататумбо еще в 2009 году предложила свой план агарных преобразований – однако он был отвергнут правительством, в первую очередь потому, что жителей региона в Боготе считают маргинальными производителями кокаина - что отчасти соответствует действительности.

Крестьяне требуют правительственных инвестиций и развития социального сектора, и своего личного представительства на переговорах в Гаване, пока не желая отказываться от «традиционной культуры потребления листьев коки». Местный активист Хосе де Кармен Абриль объясняет, что выращивание коки – это вопрос выживания:

«Любые другие посевы для нас невыгодны, и помощи от властей мы не получаем. FARC поддерживает тех, кто растит коку, дает нам семена и удобрения. На рынке любые другие растения, фрукты и овощи стоят гроши. Килограмм какао-бобов, например, продается за 1800 песо (около 1 доллара), а килограмм кокаиновой пасты – за 2 миллиона 300 тысяч песо (около 1300 долларов). Ответ на вопрос, что нам выращивать, очевиден! А еще ведь существуют горнодобывающие и нефтяные компании, которым выгодно представить нас бандитами. Они нагнетают атмосферу, чтобы, когда нас прогонят с наших кокаиновых полей, захватить контроль над регионом. На самом деле, мы оказались перед ужасным выбором – бежать из родных мест либо продолжать выращивать коку, нарушая закон».
​
Разговоры о полной деградации и ослаблении FARC, которые велись в последнее время, не подтверждаются ни событиями в Кататумбо, ни фактом переговоров в Гаване, ни, например, недавним признанием президента Панамы Рикардо Мартинелли – что, оказывается, колумбийские леворадикальные партизаны еще недавно контролировали четверть так называемого «Дарьенского пробела» на территории его страны. Это крупная неосвоенная территория на границе Панамы и Колумбии, покрытая болотистыми джунглями, одна из самых труднодоступных в Латинской Америке, размером примерно 160 на 50 километров.
​
Сейчас, по словам Мартинелли, государственная власть здесь восстановлена – однако сказано это было после того, как в «Дарьенском пробеле» была обнаружена крупная плантация коки, первая на территории стран Центральной Америки. Совместными усилиями панамская полиция и колумбийская армия уничтожила около 5 тысяч кокаиновых кустов, урожай с которых позволяет произвести примерно 30 килограммов чистого кокаина. Кому принадлежала уничтоженная кока на земле, которую FARC считает «своей», президент Панамы уточнять не стал, напомнив зато, что на территории его страны каждый год правоохранительные органы перехватывают от 35 до 50 тонн кокаина из Колумбии, нелегально поставляемого в США.

Радио Свобода