На 290 мест в парламенте – Меджлисе – претендовали около трех с половиной тысяч кандидатов. Среди них не было реформистов-лидеров так называемого "Зеленого движения" – кампании массовых протестов против победы Махмуда Ахмадинежада на президентских выборах 2009 года, которые многие сочли нечестными. Протесты были жестко подавлены. Сейчас активисты "Зеленого движения" бойкотируют выборы, а ключевые лидеры Мир Хуссейн Мусави и Мехди Керруби помещены под домашний арест за призывы к массовым манифестациям в прошлом году.

Многие кандидаты-реформисты не были допущены к выборам консервативным Советом стражей, глава которого аятолла Ахмад Джаннати назвал реформистов "предателями" и заявил, что в их участии в избирательном процессе нет нужды.
Таким образом, из реформистов в выборах участвуют лишь небольшие группы, уже имеющие представительство в парламенте.

Право голоса в Иране имеют около 48 миллионов человек. Уровень явки, по мнению наблюдателей, может продемонстрировать, насколько избиратели доверяют институтам исламской республики после массовых протестов 2009-2010 годов. Власти подчеркивают необходимость активного участия людей в голосовании, чтобы усилить позиции и образ Ирана на международной арене. Из-за своей ядерной программы Иран вовлечен в противостояние с мировым сообществом, против страны введены международные санкции.

Верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи, придя на избирательный участок, призвал людей голосовать и подчеркнул, что высокая явка станет ясным сигналом "врагам страны".

В отсутствие ведущих реформистских сил нынешние выборы превратились в противостояние двух лагерей консерваторов. Один из этих лагерей – сторонники президента Махмуда Ахмадинежада, срок полномочий которого истекает в 2013 году. Другой лагерь – традиционалистская элита исламской республики во главе с аятоллой Али Хаменеи, доминированию которой в правительстве и экономики страны бросил вызов Ахмадинежад – президент-популист, опирающийся, в первую очередь, на поддержку жителей маленьких городов и сельских районов.

Эти два лагеря расходятся во взглядах на то, каким влиянием должен обладать президент и парламент в теократическом Иране.

Ширин Хантер, эксперт из Джорджтаунского университета в США, отмечает:

– Никто открыто не бросает вызов позициям Хаменеи, речь идет только о границах его власти и о том, по каким вопросам парламент, еще до принятия всякого решения, должен просить его высказать свои предпочтения.

Традиционалистский лагерь подвергает критике и экономическую политику Ахмадинежада.

Противники иранского президента из числа консерваторов обеспокоены также вопросом честности выборов – они опасаются, что администрация Ахмадинежада и министерство внутренних дел, которое организует голосование, могут подтасовать результаты. Такие обвинения выдвигались реформистами после выборов 2009 года.

"Ирония в том, что теперь консерваторы скорее, чем реформисты, предостерегают против правительственного вмешательства в процесс выборов", – говорит сотрудник американского университета Джорджа Мэйсона Шаул Бахаш.

Политические позиции президента начали слабеть в прошлом году, когда его попытки расширить собственное влияние потерпели неудачу. Традиционалисты стали рисовать окружение Ахмадинежада как уклонистов, подрывающих клерикальные устои. Некоторые ближайшие соратники президента подверглись преследованию: его правая рука Эсфандиар Рахим Машаи был обвинен в причастности к крупному банковскому мошенничеству, советник по вопросам медиа Али Акбар Джаванфекр был приговорен к тюремному сроку за оскорбление Верховного лидера.

Сам Ахмадинежад получил публичный удар в апреле, когда Хаменеи восстановил в должности уволенного президентом министра, в ведении которого находились разведслужбы.

Союзники президента, выдвигавшиеся в парламент, были вынуждены проявлять сдержанность, чтобы их не снял с выборов могущественный Совет стражей. Тем не менее, многим сторонникам Ахмадинеджада, в том числе в Тегеране, было запрещено баллотироваться. В списке президентских сторонников, обнародованных перед голосованием, нет многих влиятельных имен. Но даже если бы они попали в парламент, у президента нет гарантий, что он смог бы на них опереться, считает базирующийся в Париже аналитик и журналист Реза Алиджани. По его словам, такое уже было в прошлом:

– Перед ними стоят две проблемы. Первая – у них недостаточно людей и кандидатов, несмотря на финансовые и политические ресурсы. Вторая – они хотят использовать ресурсы военного аппарата и аппарата сил безопасности, но даже если они попадут в парламент, используя правительство как стартовую площадку, маловероятно, что они останутся лояльны Ахмадинежаду, за исключением немногих. Их компас хорошо работает и указывает в направлении источника власти: Хаменеи, – полагает Реза Алиджани.

Алиреза Надер, аналитик исследовательского центра Rand Corporation считает, что у Ахмадинежада мало шансов вернуть прежнее влияние:

– Одна из ошибок Ахмадинежада в том, что он решил, что обладает естественной политической поддержкой в Иране. Он популист, но Ахмадинежад стал президентом благодаря поддержке Хаменеи и Корпуса стражей революции, и без них он не может рассчитывать на большую народную поддержку. Я думаю, его влияние весьма ограничено даже при наличии союзников в парламенте, я не думаю, что на них можно рассчитывать настолько, насколько он хотел бы, – сказал Алиреза Надер.

Базирующийся в Вашингтоне бывший иранский студенческий лидер Али Афшари отмечает:

– Похоже, цель Хаменеи и его союзников – разрешить Ахмадинежаду досидеть до конца президентского срока, но его роль важного элемента в иранской структуре власти близится к концу.

Аналитик и журналист Реза Алиджани считает, что это цена, которую 56-летний Ахмадинежад платит за попытку покуситься на власть Али Хаменеи:

– Он сначала сопротивлялся, но после арестов и давления на окружение он сам увидел безжалостное лицо власти в Иране. И именно тогда, я думаю, попытки окружения Амадинежада проложить дорогу к сохранению его на посту президента начали проваливаться, и отсчет времени до конца его правления начался, – полагает Реза Алиджани.

Какими бы ни были результаты выборов в парламент Ирана, они не окажут влияния на внешнюю политику страны, вызывающую крайнюю обеспокоенность мирового сообщества – в этой сфере у иранских консервативных сил нет разногласий. Руководство Ирана заявляет о намерении продолжать ядерную программу, которая, как подозревают западные страны, имеет тайной целью создание ядерного оружия.