Этот фильм следует посмотреть европейцам, не желающим принимать Турцию в Евросоюз и опасающимся нашествия "диких турок", которые якобы могут навредить европейским ценностям."

"Картина будет полезна для мусульман из арабских стран, которые издавна считают Турцию забывшей о законах ислама", - таковы цитаты из турецких газет о новом фильме режиссера Фарука Аксоя.

Самая дорогая в истории турецкого кино картина демонстрируется одновременно в восьмистах кинотеатрах Стамбула. В азиатской части города билеты проданы на неделю вперед. Зрители сидят на ступеньках, приносят стулья из соседних помещений, приводят в кинотеатры малолетних детей.

Съемки фильма продолжались более трех лет. Режиссер Фарук Аксой прежде снимал в основном кассовые комедии. Роль завоевателя Константинополя, султана Мехмеда Второго сыграл 34-летний актер Деврим Эвин, которого выбрали из четырех тысяч кандидатов.

Турецкий султан показан в картине смелым воином, романтиком, мудрым правителем. Он занимается законотворчеством, заботится о своих воинах, сочиняет стихи любимой наложнице. В финальной сцене картины султан входит в собор Святой Софии, где в ожидании смерти православные верующие молятся о спасении. Мехмет берет на руки ромейского ребенка и целует его, демонстрируя, что не намерен больше воевать.



В Турции мало кого заботят художественные достоинства и недостатки картины Фарука Аксоя. Критики заняты подсчетом политических дивидендов, которые могут оказаться гораздо внушительнее любой фестивальной награды или коммерческой прибыли. Выход на экраны картины называют "важным политическим событием".

По мнению экспертов, фильм появился вовремя, потому что пришло время пересмотреть традиционный взгляд на историю. Самые видные турецкие эксперты говорят, что завоевание Константинополя было прогрессивным событием, о чем, как считают здесь, сознательно умалчивают европейские историки. Турки выступили в роли спасителей раздираемой религиозными распрями Византийской империи, принесли на эти земли спокойствие, экономическую стабильность, процветание, мир. Эти факты, как считают многие в Анкаре и Стамбуле, становятся актуальны именно сейчас, когда Турция пытается утвердиться в мире в качестве независимого сильного государства.

Многие эксперты называют фильм воплощением доктрины неоосманизма – усиления влияния Турции на территории бывших провинций Османской империи, о чем в последнее время не раз говорил министр иностранных дел Турции Ахмет Давутоглу. Как сообщает турецкая пресса, такой взгляд на историю вызвал протесты в Европе. Немецкое христианское общество Via Dolorosa призвало христиан бойкотировать картину. Как сказано в заявлении этой организации, султан захватил собор Айя-София, превратил ее в мечеть, позволил своим воинам три дня грабить Константинополь, а в фильме это преподносится как героизм, что оскорбляет чувства и ценности верующих. Некоторые греческие историки заявили, что турки пропагандируют завоевания османов и не показывают важные исторические моменты, связанные с массовым убийством ромеев и разграблением их домов. Однако, как отмечают в Турции, европейцы не обращают внимания на то, что в 1204 году Константинополь был жестоко разграблен участниками Четвертого крестового похода, после чего Византийская империя уже никогда не смогла вернуть свое былое могущество, – и в этом одна из причин падения Константинополя в 1453 году.
Каждый фильм интересен прежде всего человеческой историей, характерами персонажей, одним словом – живыми людьми, будь они императорами или воинами. Мне в картине "Завоевание" не хватило живых человеческих чувств. Правда в фильме, помимо съемок баталий, есть сцены любви легендарного османского воина Улубатлы Хасана, который первым поднялся на крепостные стены Константинополя, к дочери венгерского военного инженера Урбана, который отлил для турецкого султана огромную бомбарду Василику, с помощью которой были пробиты стены города. Однако все остальное переполнено пропагандистской риторикой. Мы видим то, что называется костюмированными монологами. Меняются места действия, но нет развития характеров. Из-за этого многие сцены выглядят довольно безжизненно. Авторы пытались отказаться от манеры изображать врага (то есть латинян и ромеев) в привычной для кино семидесятых годов плакатной форме, однако не могу сказать, что у них это хорошо получилось. Очевидно, они слишком хорошо помнят школьную историческую программу. Поэтому мы видим на экране доброго, справедливого, могущественного султана и его бессильных врагов. Все это понравится туркам, но вряд ли придется по душе зрителям из других стран.