После того, как судья матча Германия – Англия не засчитал, как говорится. "стопроцентный" гол Фрэнка Лэмпарда в ворота Германии, в прессе раздался стройных хор тех, кто ратует за введение телеповторов в официальную систему судейства. Усилился этот хор в вечеру 27 июня, когда в матче Аргентина – Мексика аргентинце Карлос Тевес забил первый гол из очевидного положения "вне игры" – очевидного для всех, кроме арбитров.

Любопытно, что Международная федерация футбола комментировать действия арбитров демонстративно отказалась. И правильно – что тут комментировать, когда судейские "ляпы" очевидны?

Прежде всего, отметим, что эти катастрофические судейские провалы, на мой взгляд, не отразились на результате матчей. И Германия, и Аргентина выиграли у своих оппонентов ввиду явного преимущества, и говорить тут можно лишь о том, как складывался бы ход матча, о нюансах – но вовсе не об исходе матчей. Можно, конечно, рассуждать о том, что при счете 2:2 (Германия – Англия) или 0:0 (Аргентина – Мексика) еще не все было бы решено. Но победили в итоге сильнейшие – в этом, кстати, сходятся практически все.

Поэтому я и предлагаю сейчас поговорить не об этом, а о самом явлении спортивного телеповтора. При этом считаю своим долгом заявить, что являюсь горячим сторонником использования видеоповторов в ходе футбольных матчей.

В последнее время телеповтор в некоторых видах спорта активно внедряется в саму ткань состязания. Это происходит в тех случаях, когда судья не может "на глазок" определить, например, взяты ворота в тот или ином матче, или нет. Конечно, возможности телевидения в этом случае кажутся почти безграничными. Но легализовать повтор пока решаются далеко не все спортивные федерации – по двум причинам.

Первая: даже самая четкая "картинка" далеко не всегда дает возможность стопроцентно разобраться в спорной ситуации. Самым "продвинутым" в этом смысле выглядит американский футбол – в Национальной Футбольной Лиге видеоповторы давно узаконены. И даже более того: судьи могут просматривать эпизод с телекамер, установленных в разных точках поля, под разными углами и в разных ракурсах. Казалось бы, это совершенно исключает ошибку – но даже и в таком варианте бывают ситуации, когда что-либо определить наверняка просто не представляется возможным. Так что даже при такой высокотехнологической оснащенности решение судьи, то есть – не технологические данные, полученные с помощью какого-либо прибора, а субъективное, человеческое решение – остается последним и главнейшим.

Вторая причина связана как раз непосредственно с телевидением. Многие руководители мирового спорта опасаются, что любой матч, любое состязание может оказаться бесконечно продолженным во времени и прекратится в сплошной скандал, если участники получат право требовать видеопросмотр в любую секунду. С этим, впрочем, легко бороться – стоит лишь, как это уже делается, ограничить участников в количестве просмотров. Возможен еще один фактор: предусмотреть наказание инициатора видеопросмотра, если его претензия окажется несправедливой. В разных видах спорта это возможно по-своему, и это, безусловно, повысит ответственность тренеров и руководства команд при требовании решать чисто спортивные вопросы с помощью технических средств арбитража. Там, где видеопросмотры признаны легальными, – например, в хоккее или теннисе, – на времени проведения матча это всерьез не сказывается.

Но вопрос субъективности судейских решений все равно, как мы уже сказали, не решается при помощи телеповторов. Стало быть, – говорят их противники, – зачем же огород городить? Зачем привлекать дополнительные средства, тратить деньги, воспитывать специалистов, учить арбитров, вводить новые правила? Ответ тут один: современный спорт еще не наработал достаточной статистики, не выработал точных критериев телепросмотра и определения с его помощью правых и виноватых.

Да, оглядываясь в прошлое, иной раз остается лишь горестно вздыхать, не понимая, как арбитр не замечал очевидных вещей? Примеры каждый может привести свои – ограничимся двумя.

Третий гол, забитый англичанами в ворота сборной ФРГ в финале чемпионата мира 1966 года до сих пор вызывает яростные споры. Пересек мяч линию ворот, после того, как отскочил вниз от перекладины? Отчего так решительно показал на центр советский арбитр Тофик Бахрамов, судивший матч на линии, откуда точка падения мяча видна была не очень хорошо?

Второй пример – еще более скандальный. Это, конечно, "рука Божья" аргентинца Диего Марадоны. На чемпионате мира 1986 года он забил мяч в ворота сборной Англии рукой. Безусловно, при тщательном анализе телеповтора это мяч был бы признан забитым не по правилам.

И это лишь наиболее яркие примеры – а сколько несправедливо определенных офсайдов, сколько неверных решений при столкновениях игроков было в футбольной истории! Все такие случаи на первый взгляд отчаянно свидетельствуют в пользу телеповторов – и все же пока Международная федерация футбола активно противится их внедрению. А ведь была еще история со знаменитым "ударом Зидана" в финале чемпионата мира 2006 года. Момент, когда француз Зинедин Зидан ударил головой итальянского игрока Марко Матерацци, выпал из поля зрения не только арбитра в поле, но и обоих лайнсменов. И обратил на него внимание судьи лишь резервный судья, который... просмотрел видеоповтор! И хотя по правилам это категорически запрещено, судья поступил с точки зрения не буквы, но духа правил и удалил Зидана, что в немалой степени сказалось на результате игры. Возможно, сторонники просмотров и добьются разрешения их использования. Для нас же здесь в первую очередь важен сам принцип, при котором технологическое устройство прямо влияет на развитие события и результат состязания.

В этой истории есть и еще один аспект. Часто при трансляции и в ходе видеоповторов используют не "документальную" телекартинку, а, скажем так, "анимационную", при которой на экране появляется лишь электронная схема события. Современные технологии дают возможность изобразить на экране практически все, что угодно – и с максимальным приближением к реальности. Это часто используется в телеповторах в аналитических программах, когда, например, исследуется ситуация с положением "вне игры". Фигурки футболистов на экране становятся "электронными человечками", траектория полета мяча тщательно вычерчивается, а воображаемая "линия офсайда" становится видимой (последний случай на чемпионате мира 2010 года уже является непременной частью официальной телетрансляции). Такая картина хотя и близка к реальности и хороша для послематчевого анализа, в условиях идущего матча остается все же виртуальной – и потому не вполне объективной.

Вряд ли, конечно, некий злоумышленник, подкупленный той или иной командой электронный гений, сумеет прямо по ходу игры вмешаться в телепросмотр и исказить электронную схему эпизода в угоду интересам своих нанимателей. Однако электронные средства развиваются семимильными шагами, и то, что сегодня существует лишь в воображении сценаристов ведущих киностудий мира, завтра оказывается на экранах, а послезавтра имеет все шансы быть использованным в реальной жизни. И в какой-то миг может оказаться, что на поле происходит одно, а на экране – совсем иное. Вот почему уже сейчас противники просмотров полагают, что лучше считать судейские ошибки неотъемлемой частью игры, чем потенциально попадать под власть, используя терминологию Джорджа Оруэлла, "Большого Брата". А кто им будет – в принципе неважно.

Интересно, что, например, в теннисе подобные нововведения уже состоялись. На крупнейших турнирах игроки получают право на видеопросмотр – но не реального полета мяча, а той самой электронной схемы. Строго говоря, ни игроки, ни судья не имеют никакой гарантии того, что картина стопроцентно отражает реальность! Ведь технологически тому самому гипотетическому злоумышленнику ничего не стоит, сделав легкое движение компьютерной "мышью" или любым другим манипулятором, "подвинуть" траекторию – ровно настолько, чтобы электронный "мяч" либо "зацепил" линию поля, либо, наоборот, не прикоснулся к ней. А если такое произойдет на матчболе, и выигранное или проигранное очко станет решающим? Наверное, существуют и средства технического контроля за работой этой системы – но, в свою очередь, эти средства тоже обслуживает человек...

Одним словом, гадать, в какую сторону будут развиваться видео- и компьютерные средства, пока невозможно. Можно лишь повториться: до тех пор, пока человечество не проверит такую технику в тысячах матчей, на тысячах спорных ситуаций, пока не будут опробованы и отработаны методы контроля, контроля за контролерами и т.д. – говорит об абсолютной надежности и результативности электронных систем не представляется слишком уж реалистичным. Утешимся разве что тем, что система фотофиниша в легкой атлетике и лыжах вроде бы работает нормально – и это проверено десятилетиями состязательной практики на самом высоком уровне. А значит, есть надежда, что подобное произойдет и с аналогичными системами. Пока же нам все же стоит дождаться официального комментария ФИФА.

Радио Свобода