Keçid linkləri

2016, 10 Dekabr, şənbə, Bakı vaxtı 23:03
Предыдущая стр.

14

Лучшие спецы группы «Антитеррор» совместно с сотрудниками аналитическо-информационного центра особого подразделения ФСБ уже десять часов пытались найти малейшие следы, которые могли бы привести к организаторам теракта. Об этом деле уже доложили директору ФСБ, премьер-министру и президенту. Под усиленным наблюдением находилось все полотно Октябрьской железной дороги. Сотни сотрудников спецслужб, переодетых в железнодорожных рабочих, машинистов, ремонтников часами посещали депо, исследовали подъездные пути, семафоры, линии электропередачи, перроны. Кинологи с собаками, обученными на поиск взрывчатки, незаметно обходили все составы. Под особым контролем находились оба вокзала (и в Москве, и в Санкт-Петербурге) и, конечно же, Бологое. Но пока никаких обнадеживающих сведений не было получено. Организаторы теракта никак не проявляли себя…
На экстренном совещании у руководства ФСБ один из заместителей директора, который курировал расследование недавнего взрыва, сделал доклад, основываясь на имеющейся информации. Резюмируя выводы, он позволил себе высказать частное мнение:
- Как только группой Стасова были получены эти важнейшие данные, я все время думаю об одном вопросе, который не дает мне покоя. Почему они опять решили произвести взрыв в районе станции Бологое? Что, опять «Петербургский экспресс»? Вряд ли. Другой поезд? Электричка? Маловероятно. Сама станция? Абсурдно.
- Цели, - медленно произнес директор ФСБ. – Мы не знаем их целей. Не понимая мотивов, сложно сделать прогноз, не находите?
Полковник Стасов тоже присутствовал на совещании ввиду исключительной важности этого дела. И он задавался теми же вопросами. Был произведен еще один, более подробный допрос Карпухина. Новых сведений – ноль. С помощью специальной методики произвели и допрос Зарипова, но он не принес ничего обнадеживающего. Этого Раджаба использовали вообще «втемную». Он даже не знал, кто такой Найф. Составленный фоторобот Найфа пока не позволял установить его личность. Не могли пока опознать и убитого в кафе связного Найфа. Началась «отработка» тех людей, с которыми ранее имел дело Карпухин в качестве наркокурьера. И опять никаких зацепок. ОБНОН сделал запрос своим агентам, работавшим под прикрытием в структуре наркомафии, однако и тут пока был полный тупик.
Слушая заместителя директора ФСБ, Стасов постоянно прокручивал в сознании два факта, сопоставлял их, сравнивал, помещал на соседние чаши весов. Он придумал для них оболочки-словосочетания: «масштабный теракт» и «место действия». Почему Бологое? Почему взрывчатку надо доставить именно туда? И как произвести максимальный устрашающий эффект? Как?
Тут слово попросил приглашенный на совещание руководитель ОБНОНа. Оценив общую оперативную обстановку, он сделал предположение:
- Я думаю, что и предыдущий, и готовящийся теракты преследуют одну цель. Это протест. Демонстрация протеста. В последнее время мы во многом перекрыли каналы наркотрафика в западном направлении. Как раз по линии Москва – Санкт-Петербург и далее, к Беларуси, Польше, странам Балтии, Скандинавии. Переправку им приходится производить на юге, что увеличивает затраты и опасность конфискации целых партий героина. Полагаю, боссы наркосети стремятся, так сказать, заставить нас отказаться от жестких мер. Они как бы говорят: если этого не произойдет, будем взрывать и впредь. Да, кстати, убежден, что организаторы теракта находятся за пределами России, где-то в западных странах.
Стасов слушал и в этот момент к двум фактам с оболочками-словосочетаниями добавил третий – «время действия». Карпухин и Зарипов везли тротил вечером двадцать пятого ноября. Прошло уже почти две недели. Почему они так долго ждут? Теракт отменили, узнав, что два курьера «спалились» и пошли на убийство свидетеля? Нелогично, ведь все нити к организаторам перерезаны. «Масштабный теракт», «место действия», «время действия»… Как найти связующее звено? Поезд, электричка, станция, депо… Стоп! Ведь по железной дороге передвигаются еще и товарные составы. И они часто везут горючие и токсичные материалы. Вдруг они собираются взорвать товарняк, тем самым спровоцировав его столкновение с пассажирским поездом? Но ведь есть интервал движения, это предусмотрено всеми правилами безопасности. Просто взрыв товарного состава, приводящий к заражению территории или мощному пожару? Нет, этого им мало. Грязные ублюдки жаждут человеческой крови, массовых жертв. Нужны срочные сведения от руководства Октябрьской железной дороги! Вдруг там можно зацепить существенную деталь? Что если «время действия» связано с тем, что они ожидают прохождения товарняка с каким-то особым грузом?

* * *
Через два часа на рабочем столе Стасова лежали распечатанные в экстренном порядке материалы, полученные от МПС, с графиком движения составов по линии Москва – Санкт-Петербург. Такие же копии были и у Николаева с Гусейновым. Они одновременно, засев в своих кабинетах, углубились в изучение и сопоставление данных. На отдельном листе собрали информацию об особых литерных составах, которые должны были пройти из одной столицы в другую в ближайшие дни.
Конечно же, все три оперативника сразу же обратили внимание на то, что завтра, 9 декабря, в 14.50 по московскому времени, из Санкт-Петербурга двинется эшелон с грузом для Министерства Обороны. Закупленная за рубежом техника нового поколения, очень дорогая. Только что прибыла в порт северной столицы. Более подробная информация отсутствовала. Военная тайна, будь она неладна. Странно, почему они не используют для доставки транспортные самолеты…
Стасов минуту сидел недвижимо, вглядываясь в это скупое сообщение. Литерный состав МО РФ. Перевозку лично курирует министр. Может быть, подлинная цель теракта – не месть наркомафии, а срыв поставки новейшего вооружения? При чем здесь тогда «героиновые короли»? Их это вообще не касается. Или они в данном случае – ширма? Маловероятно.
Все опять запутывалось, версии начинали двоиться, троиться, распадаться на составные части, как фрагменты уже почти собранного «пазла». 14.50. Санкт-Петербург. 23.20. Бологое. Почему так долго? Ну да, конечно, это же эшелон. Запланированы три остановки. В двух случаях для того, чтобы пропустить экспрессы. Последняя остановка за тридцать километров до Бологого. Остановка на целый час. Ничем не примечательный полустанок. Цель обозначена скупо и непонятно: «техническая проверка». Проверка состава или проверка груза? Почему в таком месте?
Стасов созвонился с МПС и выяснил, что инициатива исходила от Министерства Обороны. Он поднялся из-за стола, закурил и стал, по своему обыкновению, вышагивать по кабинету. Виктор Юрьевич закрыл его изнутри на ключ, чтобы никто не мог помешать «интенсивному мыслительному процессу» (так он отчасти в шутку, а отчасти всерьез называл свою аналитическую работу).
Если взять за основу версию о том, что будет взорван именно состав с военной техникой и взорван именно в Бологом или неподалеку от этой станции, то какие варианты тут можно предложить, исходя из логики действий террористов? Первое. Они каким-то образом узнали закрытую информацию о том, что остановка будет там. Второе. Они выбрали в качестве мишени не только эшелон, но и какой-то проходящий пассажирский поезд, но надеются произвести теракт во время движения.
Стасов еще раз вгляделся в график МПС. Один за другим, почти безостановочно, мимо Бологого проходили составы в обе стороны. Сразу четыре из них (два из Москвы, два из Санкт-Петербурга) проезжали в это время мимо стоящего эшелона. 21.45. 22.17. 22.34. 22.44. Который из них? Или ни один?
Виктор Юрьевич понял, что зашел в тупик. Так часто бывает в работе. Вроде все разложено по полкам, но вдруг выползает совершенно неожиданное препятствие, и идти дальше невозможно. Он подумал, что движется сейчас к разгадке примерно так, как Анджело ди Бронзо, если основываться на рассказах Гусейнова. А что лежит в основе метода этого чрезвычайно одаренного детектива? Правильно, интуиция. Интуиция, помноженная на логику. Комиссар Мегрэ, Эркюль Пуаро и Шерлок Холмс в «одном флаконе». А если отпустить свою интуицию погулять на вольном просторе? Тогда что?
Стасов попытался забыть обо всем, к чему пришел в результате недавних мозговых штудий. Есть террористы, есть объект для атаки, есть задержанные курьеры, которые проявили самодеятельность, тем самым поставив под удар тщательно выверенную операцию.
Виктор Юрьевич сел в офисное кресло у стола и, прикрыв глаза, попытался максимально сосредоточиться. Директор ФСБ прав – нужно понять их цели. Или хотя бы - мотивы, что не одно и то же. А разгадка возможна только в одном случае - если поставить себя на место этих упырей. Полностью и абсолютно. Взять за основу их методы, врезаться в их мысленные слои, раствориться в сознании негодяев, решивших для своих гнусных корыстных целей пожертвовать жизнями невинных людей…
Через десять минут беспрерывных блужданий в чаще своих собственных построений Стасов зацепился за одну деталь, на которую раньше легкомысленно не обратил внимания. Точнее, об этом говорили сотрудники информационно-аналитического центра сразу после первого допроса Карпухина, но в суете первых часов расследования мысль потерялась. Общий вес взрывчатки. Двадцать килограммов у Зарипова, двадцать килограммов у Карпухина. Найф блефовал – никакого тротила повышенной мощности не существует в природе. Если, конечно, речь не шла о «модификации C 3-6» – смеси тротила с гексогеном. Карпухин ошибиться не мог – он прошел обучение в диверсионной школе. Наверняка проверил груз при получении на квартире в Бутово. Значит, сорок килограммов тротила должны сбросить с рельсов военный состав, попутно взорвав проходящий рядом пассажирский поезд? Хватит сорока килограммов тротила? Если разместить, так сказать, «грамотно», то вполне. Но тут нужна консультация опытного взрывотехника…
Стасов уже потянулся к телефону позвонить в соответствующий отдел, когда его обожгла догадка. Зачем везти тротиловые шашки, которые можно купить в любом строительном тресте, занимающемся взрывными работами, у любого вороватого майора, зама по АХЧ командира войсковой части, двум курьерам на «перекладных» машинах по федеральной трассе Москва - Санкт-Петербург? А вот зачем – курьеры обязаны были «спалиться», тем самым пустив следствие по ложному пути! Никакого теракта в Бологом и ближайших окрестностях не будет. Груз обычных толовых шашек был отвлекающим маневром. Настоящая диверсия должна состояться в другом месте…
На это указывает и то обстоятельство, что забравший взрывчатку человек Найфа уехал, как отметил Карпухин, в сторону Москвы. Здесь организаторы «прокололись», подумали, что на такую мелочь курьеры не обратят внимание. А вот Карпухин запомнил. А тротил, скорее всего, спрятали в каком-нибудь сарае в десяти километрах от города. Именно поэтому напарником Карпухина сделали опытнейшего боевика Зарипова, способного легко справиться с обычным нарядом ДПС. Но тогда получается, что в планы организаторов теракта должны быть «заложены» не только убийство Матвеева, совершенно спонтанное, но и появление талантливого сыщика Анджело ди Бронзо? Нет, это подмывает версию.
Стасов начал нервно шагать по кабинету из угла в угол, глубоко затягиваясь очередной сигаретой. Что еще он не учел? Что???
Прежде всего следующее. Курьеры могли и не «спалиться». Или не могли? А что если предполагалось ИЗНАЧАЛЬНО, что Карпухин будет задержан, а благодаря его показаниям спецслужбы смогут предположить версию теракта в Бологом? Но зачем? ЗАЧЕМ?

* * *
Ответ на вопрос Стасова можно было начать реально искать через полчаса, когда специалисты информационно-аналитического центра, проведя грандиозную работу по сличению фотографии убитого в кафе «Сорренто» связного Найфа с компьютерными базами данных, смогли все-таки определить его личность. Моторин Владимир Сергеевич, 1971 года рождения, работал штурманом дальней авиации компании «ЕвроАэро».
Немедленно, в кратчайшие сроки, был выявлен весь круг общения Моторина, включая как его родственников, друзей, знакомых, одноклассников, однокурсников, однополчан, соседей, так и коллег по работе. Список получился довольно большой – сто шестьдесят фамилий. Началась кропотливая интенсивная работа, целью которой был поиск в этом информационном пространстве возможных террористов и, прежде всего, Найфа. Ведь именно от него тянулась нить к организаторам теракта.
К утру следующего дня круг сузился до нескольких человек, к полудню – до двух. Ефимцев Станислав Павлович, 1965 года рождения, авиадиспетчер, и Альменин Юрий Федорович, 1969 года рождения, заместитель генерального директора компании «ЕвроАэро». Вопрос окончательно был решен к 15.00 9 декабря. Дело в том, что Юрий Альменин некогда служил в десантных войсках и, как удалось выяснить, имел там позывной «Найф» (как вспомнил его бывший командир, потому, что великолепно умел бросать ножи).
На задержание Альменина уже в 15.30 выехало несколько оперативных бригад ФСБ. Здание компании было оцеплено по периметру, на крышах соседних домов разместились снайперы, совершенно незаметные для неискушенного наблюдателя. Прослушивание всех телефонов фигуранта (четырех служебных, трех мобильных, двух домашних, а также номера Интернет-ресурса Skype) вели лучшие специалисты. Хакерами из информационно-аналитического отдела были стремительно взломаны четыре e-mail-адреса Альменина.
К 16.45, то есть, к тому моменту, когда должно было произойти задержание вероятного командира группы Карпухина, «горячие» сведения удалось обнаружить. На одном из адресов электронной почты, снабженном тройным кодом доступа (даже опытным компьютерщикам пришлось с ним повозиться изрядно), висело сообщение, датированное 8 декабря, весьма похожее на сигнал от организаторов: «Готовность 11-го. Рейс определен».
Все мероприятия курировал заместитель директора ФСБ. К тому часу Стасов уже был готов предложить руководству новую версию. Ее костяк составляла идея о том, что действия Карпухина и Зарипова изначально являлись прикрытием, фальшивкой, которую решили подбросить спецслужбам, чтобы увести расследование в тупик.
- Я допускаю, что присутствие в составе двойки курьеров Зарипова, прошедшего серьезную школу боевых действий, совершенно незнакомого с московским регионом и даже плохо говорящего по-русски, да еще крайне нервного и несдержанного по характеру, не имеет иного объяснения, кроме одного – Зарипова требовалось спровоцировать на конфликт с любым милицейским нарядом, - докладывал Стасов. - С этой же версией вполне совпадает и тот факт, что вечером двадцать пятого ноября на федеральной трассе Москва – Санкт-Петербург наблюдалась особая активность дорожно-постовых служб. Приказ, как нами установлено, был получен от областного руководства. Основание: «плановое мероприятие». Сотрудникам ДПС разъяснялось, что нужно проверять прежде всего легковые машины отечественного производства, мол, на них могут скрываться вооруженные преступники. Это совпадает с полученной от Карпухина информацией о том, что Найф требовал им добираться в Бологое, используя исключительно подержанные «Жигули», «Москвичи» и «Волги».
- Вы считаете, что в руководстве ГИББД есть пособники террористов? – спросил, прищурившись, заместитель директора ФСБ.
- Почти убежден, - кивнул Стасов. – Похоже, операция была досконально продумана давно и тщательно. И все пошло по плану. Но они не учли одного, а именно того, что два курьера, застрелив преследующий их наряд, смогут скрыться и даже доставить груз к месту назначения. А, видимо, предполагалось, что задержанный Карпухин сразу направит следствие по ложному пути, в район Бологого, где мы и станем ждать повторный теракт. Теперь можно смело предположить, где он произойдет на самом деле…
- Вы хотите сказать, что на самом деле его проведут на… борту самолета? – спросил генерал Панкратов, непосредственный начальник Стасова, невольно откашлявшись.
Виктор Юрьевич развел руками. Вывод напрашивался сам собой, учитывая место работы Найфа.
- Да вот что еще, - Стасов невольно приподнял руку, - видимо, после рейда в Бологое за Карпухиным и Стасовым велось круглосуточное наблюдение. По-видимому, встреча с Моториным в кафе «Сорренто» преследовала цель их дальнейшей ликвидации. Вероятно, в каком-то безлюдном месте. Поэтому Моторин и пришел с оружием. Кстати, он тоже бывший десантник, однополчанин Альменина. И если бы не прекрасная работа детектива Дмитрия Агаева, террористы добились бы своего. Они просто перенесли бы сроки теракта, подготовив запасную двойку курьеров и направив их проверенным маршрутом. Получается, мы на первых порах даже им подыграли, сосредоточив все внимание на железной дороге.
- Да, прокололись ваши спецы, - вздохнул начальник подразделения «Антитеррора», - стоило только взять этого штурмана в разработку, и все нити были бы у нас в руках. А так потеряли столько времени…
- Полагаю, что брать Найфа преждевременно, - произнес, нахмурившись, заместитель директора ФСБ, - нужно отслеживать все его связи. Организаторы должны конкретизировать первое сообщение. Будем ждать.
Он поднялся из-за стола, показывая, что совещание завершено и, направляясь к двери, распорядился:
- Оцепление «ЕвроАэро» сохранять до момента выяснения всех деталей.


15

А в это время Анджело ди Бронзо подходил к стоянке, на которой он оставлял свой «БМВ-X6». О существовании этой машины никто не знал. Ей он пользовался только в экстренных случаях, когда надо было ехать по какому-то особо важному делу.
Сегодня такое дело возникло после звонка Гусейнова. Не вдаваясь в конкретику, он попросил Анджело срочно подъехать к правлению «ЕвроАэро», пояснив, что это связано с задержанием Карпухина и Зарипова.
Агаев не стал вызывать Маркина с другим «БМВ», понимая, что выезд по просьбе приятеля, работавшего в спецслужбе, лучше оставить в тайне от всех.
Гусейнов ждал его в небольшом кафе в трехстах метрах от здания «ЕвроАэро», незримо оцепленный элитными подразделениями спецслужб.
Они поздоровались и сразу же начали беседу. Анджело почувствовал, что времени у Гусейнова крайне мало. Видимо, дело очень серьезное.
Разговор шел по-азербайджански.
- Анджело-джан, - шутливо произнес Гусейнов, сознательно смешивая слова двух столь далеких языков в одном имени, и тут же перешел на серьезный тон, - мы тебе признательны за то, что ты сделал. Но мне сейчас требуется твоя консультация.
- Конечно, Байрам, все, что знаю…
- Помнишь, ты рассказывал о том, что лет десять назад участвовал в освобождении заложников, захваченных арабскими террористами на севере Африки?
Анджело кивнул. Это была акция, которую проводили силы, заинтересованные в уничтожении выстроенных дипломатических мостов между режимом Джамахерии Муамара Каддафи и западными странами. Группа боевиков захватила самолет компании «Эйр Франс» в Триполи. Угрожая взорвать авиалайнер, они требовали немедленного прекращения переговоров ливийского руководства с правительством Франции. Тогда Анджело вместе с представителями французских секретных служб смог определить точки размещения зарядов на борту воздушного судна.
- Но чем мой давний опыт может пригодится в этом случае? – спросил Агаев, искренне недоумевая, чем в данном случае может помочь приятелю-профи.
- Тактика террористов во всем мире мало чем отличается друг от друга. Я просто вспомнил существенную деталь. Кажется, ты говорил, что они готовили так называемый «синхронистический взрыв»?
- Да, верно, расположили заряды в разных местах салона. У каждого из них находился один террорист-смертник. По команде главаря, который, кстати, умирать не собирался, они должны были провести взрывы. Самолет бы в этом случае разлетелся на мелкие фрагменты по всему аэродрому. А почему все-таки ты спрашиваешь, могу я узнать?
Гусейнов вздохнул и в двух словах, поскольку передавал приятелю сверхсекретную информацию, поведал о тех версиях, которые возникли буквально несколько часов назад.
Агаев задумался, машинально высекая из своей дорогой французской зажигалки узкие огненные языки. Потом закурил и покачал головой:
- Почему вы думаете, что они собрались взорвать именно самолет? И вообще есть очень много способов. Если действительно они хотят провести демонстрацию силы, достаточно нескольких подкупленных механиков или заправщиков из технических служб аэродрома, чтобы закрепить на корпусе авиалайнера магнитные мины с часовым механизмом. Если подозреваемый руководитель работает в «ЕвроАэро», это еще не факт, что теракт произойдет именно с самолетом этой компании.
Гусейнов нахмурился:
- Дима, а ведь ты навел меня на интересную мысль. Что если… - Он вдруг щелкнул пальцами. – Да, очень хорошая версия! Они могут попробовать одним выстрелом убить двух зайцев. Скажем, еще и насолить конкурентам. Пассажиры перестанут доверять другой компании и широкими толпами двинутся в «ЕвроАэро».
Он достал мобильный и сделал два звонка.
И уже через полчаса перед Стасовым лежал список рейсов главного конкурента «ЕвроАэро», компании «АэроМир». Анджело ди Бронзо уже второй раз за последние дни выводил спецслужбы на верную дорогу.

* * *
С вечера специальные команды ФСБ начали планомерные поиски тех, кто тем или иным образом мог быть связан с Найфом в компании «АэроМир». К утру следующего дня один предполагаемый фигурант был обнаружен. Родственник Альменина со стороны жены, Василенко Игорь Павлович. Он проверял техническое состояние самолетов «Боинг», следующих рейсами в Стокгольм, Копенгаген и Осло. Более того, выяснилась интересная деталь. Только что Василенко получил и переправил на аэродром какие-то грузы, не проходившие через официальную отчетность компании. И это наводило на оправданные подозрения. Для проверки своей версии оперативная группа Стасова немедленно выехала в аэропорт Внуково, откуда отправлялось большинство рейсов «АэроМира».
Василенко в какой-то момент почувствовал неладное и бросился бежать. Но ему, конечно, не дали этого сделать. У стоянки служебных машин сотрудников аэропорта было проведено задержание человека, которому и поручалось организаторами теракта совершить главный и роковой ход – заложить взрывчатку в отсек «Боинга».
Василенко провели в один из кабинетов аэропорта. Требовалось в сжатые сроки вытянуть у задержанного всю горячую информацию. Поэтому допрос, который вел Стасов, был стремительным. После пятиминутного жесточайшего психологического прессинга Василенко сломался и начал давать показания. Вопросы следовали один за другим в необычайном темпе.
- Где находится взрывчатка?
- В служебном отделении. Запаянный ящик с маркировкой «Oil». В том помещении мы храним технические материалы.
- У кого есть ключи?
- У меня и двоих помощников.
- Тип бризантного вещества?
- Мне не сообщали. Думаю, судя по весу, это пластид.
- Куда вы должны были поместить запаянный ящик?
- Я не знаю. Сегодня вечером ко мне должен был придти человек от Найфа. Кто он, я тоже не знаю. Поймите, я всего лишь передаточное звено. Предполагалось, что он укажет номер рейса и сообщит о месте закладки взрывчатки.
- Стокгольм, Копенгаген или Осло?
Василенко убежденно затряс головой:
- Нет, нет, не Копенгаген и не Осло… В ближайшие дни «Боинги» следуют только в Швецию…

* * *
На этом операцию можно было считать завершенной. Арестованный Альменин вскоре вывел ФСБ на руководителей теракта. Руководитель ОБНОНа был прав – это действительно явилось демонстрацией силы. Боссы наркомафии пытались таким образом заставить спецслужбы, боровшиеся с поставками героина из Средней Азии в Россию и далее в Европу, отступить, дать «задний ход». Вскоре с помощью Службы Внешней Разведки в Германии и Польше были задержаны те, кто придумал и почти реализовал многоходовую террористическую акцию. Кстати, «Боинг» должен был взорваться в небе в пригородах Санкт-Петербурга. Так что количество жертв даже сложно предсказать…


* * *
Через месяц после описанных событий группа Стасова была представлена к правительственным наградам.
Они собрались в отделе отметить это торжественное событие. Разговор от работы быстро перешел к частной жизни сотрудников. В какой-то момент Гусейнов, что-то вспомнив, улыбнулся и посмотрел на Стасова:
- Мне кажется, что в приказе о награждении должна быть еще одна фамилия. Дмитрий Агаев.
- Конечно, Байрам, - Стасов покачал головой. – Уж прости меня, старого маразматика.
И тоже улыбнулся.
- Сделаем, - тут же отозвался Николаев и присел за компьютер писать реляцию начальству.
- А где он сейчас, кстати? – спросил Виктор Юрьевич, искренне проклиная себя за то, что забыл упомянуть в рапорте имя человека, благодаря которому был предотвращен чудовищный теракт.
Гусейнов закурил и ответил просто:
- За границей. Наверное, опять взялся кому-то помогать. Это его профессия. Ведь он - Анджело ди Бронзо, Бронзовый Ангел …

Günün bütün mövzuları

XS
SM
MD
LG