Keçid linkləri

logo-print
2016, 06 Dekabr, çərşənbə axşamı, Bakı vaxtı 04:53
Предыдущая стр.

3

Знаменитый детектив Дмитрий Эминович Агаев, которого за подвиг, совершенный им при освобождении в Ираке итальянского журналиста Антонари, часто именовали Анджело ди Бронзо, спустился с трапа самолета, летевшего рейсом Лос-Анджелес – Москва, в понедельник, 30 ноября 2009 года.
В Соединенных Штатах им только что было раскрыто одно таинственное преступление, которое оказалось не по силам его американским коллегам. Уже на следующий день после приезда он сидел в рабочем кабинете своего офиса и внимательно выслушивал доклады подчиненных. Прозвище, присужденное ему журналистами с импровизированной подачи матери Антонари, практически стало служить ему вторым именем, так что впоследствии и друзья, и сотрудники детектива к этому привыкли. Для них он теперь был Анджело ди Бронзо или просто Анджело...
В это время из стоявшего на его столе переговорного устройства раздался сигнал. Анджело нажал на кнопку приемной комнаты. Секретарь доложила:
- Шеф! Вас просит к телефону господин Астахов!
- Инга, я знаю двоих Астаховых... Кто из них именно звонит?
- Ваш друг, адвокат.
- А, Сергей! Ну-ка, давай, соединяй.
- Большой и горячий привет национальному герою Италии! – послышался бодрый голос на том конце линии. - Как дела? Давно из Штатов?
- Только вчера приехал. А откуда ты знаешь про Штаты?
- Земля слухами полнится. Особенно, ими полнятся американские масс-медиа. Говорят, что ты утер носу самому ФБР? - так же весело продолжал Астахов.
Анджело усмехнулся.
- Ну уж, утер. Просто им чуть-чуть не хватает аналитических способностей. А так ничем не хуже наших. Головастые ребята. Звали к себе работать.
В трубке раздался громкий смех.
- И ты, конечно, отказался? А то затянуло бы в тину благополучной и спокойной жизни высокопоставленного сотрудника ФБР?
Анджело тоже рассмеялся и спросил:
- Просто так звонишь? Или что-нибудь случилось?
- Да нет. Просто нужна небольшая помощь. Ты как, не очень занят? Может, отдохнуть собирался?
- Для друзей у меня всегда найдется время, - Анджело был искренне рад слышать давнего приятеля. - Отдохнуть можно и на работе.
- Молодец! Тогда сегодня в восемь вечера жду тебя у клуба «Монолит». Знаешь, где это находится?
- Вроде, да... Ладушки! Договорились.
Вечером Анджело подъехал к «Монолиту». Сергей уже ждал его у входа. Они дружески обнялись и, миновав подобострастно кинувшегося им навстречу швейцара, направились в ресторан клуба. Там уже был забронирован столик.
Как это бывает у старых приятелей, они стали оживленно расспрашивать друг друга о делах, общих друзьях и знакомых. Вспомнив, что сейчас Астахов выступает в качестве защитника на судебном процессе по делу одного известного российского олигарха, Анджело заинтересовался подробностями.
- Кстати, как там ситуация? - спросил он. - За этим делом следят даже в Штатах. Много пишут в газетах, обсуждают все, что называется, «перипетии». Когда я находился в Лос-Анджелесе, отслеживал все новости и видел интервью, которые ты давал телерепортерам. Держишься блестяще, уверенно, приятно смотреть. Далеко пойдешь, Сергей. И все же какие перспективы у твоей защиты? Обвинения-то тяжелые.
Астахов вздохнул:
- Ну что тебе сказать, дружище… Стараюсь изо всех сил. Посмотрим, что можно будет сделать. Как говорится, «фифти-фифти».
Было видно, что ему нелегко говорить на эту тему, уж больно она скользкая. Переходя к делу, он спросил:
- Надолго ты в Первопрестольную? Как всегда, недели на две?
- Не знаю, но на этот раз, наверное, где-то на месяц, - задумчиво ответил Анджело. - Ну давай, рассказывай, что у тебя там за проблема.
Астахов немедленно посерьезнел. Сделав паузу, прокашлялся и сказал:
- Это будет моя личная просьба, Анджело.
- Говори. Только не тяни резину.
Однако Астахов снова замешкался, как будто чувствовал какую-то неловкость. Наконец начал рассказывать:
- Значит, дело такое. Понимаешь, месяца два назад по рекомендации сотрудницы моего бюро мы взяли в дом одну пожилую домработницу по фамилии Матвеева. Эта скромная и опрятная женщина сразу нам приглянулась. Мы с женой зовем ее Зинаида Петровна, а дети - тетя Зина. Она оказалась не только трудолюбивой и чистоплотной работницей, но и очень милой, душевной женщиной. Не прошло и трех дней, как мы стали воспринимать ее, как равноправного члена семьи. И с детьми ладит, и наши условия по уходу за домом выполняет прекрасно. Готовит лучше всякого повара. Войдешь в дом - все блестит и сверкает, ни пылинки, ни соринки. А как ее полюбили мои пацаны, Артем и Виталик! Души в ней не чают! Да и мы с Мариной на нее не нахвалимся.
Это долгое вступление друга несколько озадачило Анджело. Неужели пропало что-то ценное из дома? «Нет, - подумал он, - из-за такой мелочи Астахов не стал бы беспокоить, не тот он человек. Тут что-то серьезное».
Он взглянул на Сергея и, саркастически усмехнувшись, сказал:
- Ну что ж, Сережа, очень рад за вас. Прими мои поздравления!
- Спасибо, - улыбнулся в ответ Астахов, заметив и правильно оценив реакцию друга. - Но, как ты сам можешь догадаться, дело не в этом. Зная о твоей занятости, я не стал бы по пустякам обращаться. Понимаешь, когда мы познакомились с ней поближе, мы многое узнали о ее жизни. Выяснилось, что у Зинаиды Петровны никого, кроме мужа, на свете нет. Всех своих родных потеряла во время войны и поэтому оказалась в детдоме. Там же она и встретила будущего мужа. Однако этот брак оказался бездетным. Как же надо было любить друг друга, чтобы неразлучно прожить вместе до самой старости! Муж Зинаиды Петровны всю жизнь проработал научным сотрудником. Когда вышел на пенсию, занялся частным извозом. И вот, - Сергей сделал паузу и вздохнул, - три дня назад он пропал, а позавчера его труп был обнаружен в городе Дмитрове Московской области.
Анджело кивнул и прищурился.
- Бедному старику нанесли несколько ножевых ударов. Расследованием этого преступления занялась прокуратура Московской области. Дело ведет некий следователь Сафонов. Я понимаю, что не переходить дорогу ведомственному сотруднику не очень хорошо, но не мог бы ты все-таки заняться расследованием, хотя бы просто выяснить детали? Вдруг удастся его раскрыть в кратчайшие сроки?
Астахов выжидающе смотрел на давнего друга. Создавалось впечатление, что от согласия или несогласия Анджело зависит многое.
Целую минуту они молчали.
- Хорошо, Сергей, - серьезно сказал Анджело и серьезно посмотрел на Астахова. - Это срочно? Честно говоря, я связан обязательствами, которые не привык нарушать. Есть вещи, которые для меня непреложны. Первым из них является данное мною слово.
- Понимаю, - ответил Астахов и опустил голову. Помолчав, снова устремил взгляд на друга и продолжил: - Послушай, Анджело, я прекрасно понимаю, что ты занят другими и не менее важными делами. Конечно, на то, чтобы приступать к параллельному расследованию, требуется время. Но пойми, мне тяжело смотреть ей в глаза. Просто по-человечески хочется помочь беззащитной женщине. Если найдут этих подонков, ей будет хоть какое-то утешение. Хотя какие тут могут быть утешения? Сам понимаешь, платить частным детективам она не в состоянии. И зачем мы живем на свете, если не можем помочь таким обездоленным людям, как Зинаида Петровна?
Астахов выглядел очень взволнованным.
-Да-а… Это просто чудовищно, - мрачно ответил после недолгой паузы Анджело. – Когда ты видел такое, чтобы я не протягивал руки тем, кто в ней нуждается, зная, что кроме меня, больше некому это сделать? Но себя-то зачем корить? Разве ты в чем-нибудь виноват?
- Невиноват, конечно, но мне очень не по себе, Анджело, – отозвался его друг. – Представь себе, что может чувствовать человек, который на старости лет потерял самого близкого и единственного родного ему человека. Да еще умер не своей смертью, а с дикой жестокостью убит неизвестным отморозком.
Помолчав, он продолжал:
- Она должна верить хотя бы в то, что ей помогут, что еще есть на свете справедливость и закон. Нет большей боли, чем знать, что преступник, убивший самого близкого тебе человека, сейчас спокойно разгуливает на свободе, а единственный близкий тебе человек, не отмщенный лежит в земле… Знаю, времени у тебя нет, но займись этим делом, а? Ну хоть кому-нибудь из своих ребят поручи, - словно хватаясь за последний шанс, сказал Астахов.
Судя по всему, задумчивое выражение на лице Анджело он все еще воспринимал, как нежелание взваливать на свой горб очередное сложное преступление. Думая так, он добавил:
- Я поговорил с Сафоновым. Он убежден, что будет «глухарь». Завязок никаких. Скорее всего, прикончил его пассажир, которого Матвеев подвозил. Но как его найти. Дактилоскопия ничего не показала. Отпечатков в машине, как и положено для автомобиля «возчика», полно, но ни одни в картотеке не значатся… Я тебя знаю, ты до всего рано или поздно докопаешься. Вместе сделаем доброе дело не за деньги, а по велению души...
- Погоди, - сказал вдруг Анджело, доставая свой мобильный.
Он набрал какой-то номер. Дождавшись ответа, перешел на английский и заговорил:
- Мистер Мюррей? Здравствуйте. Хорошо... Хорошо... Да... Мистер Мюррей, я хочу вам сообщить, что расторгаю наш контракт... Нет, дело не в этом... Понимаю... Форс-мажорные обстоятельства в контракте указаны. Понимаю... Выплачу в полном размере... Извините...
Он отключил телефон и с улыбкой посмотрел на Астахова.
Тот сидел напротив как вкопанный и с раскрытым от изумления ртом.
Наступила пауза. Анджело молча принялся за горячий жульен, только что поданный официантом.
- Неплохо, - сказал он, попробовав. - А ты почему не ешь? Остынет ведь...


4

На следующий день Анджело отправился в московскую областную прокуратуру на встречу со следователем Сафоновым. Это был полноватый, среднего роста мужчина лет сорока с крупными чертами лица. Несмотря на относительно молодой возраст, верхняя часть его головы была лишена всякой растительности. Визит знаменитого частного сыщика был явно ему не по душе. «С чего это он вдруг заинтересовался этим делом?» – мрачно подумал Сафонов.
- Юрий Давыдович, я не хочу, чтобы вы воспринимали меня, как конкурента. Я просто постараюсь посодействовать вам в сборе улик и любой информации, которая поможет выйти на след убийц, - заметив реакцию следователя, Анджело постарался его успокоить. - Я уверен, что наше сотрудничество будет плодотворным.
- Спасибо. Буду весьма благодарен вам за помощь, - сдерживая скрытое раздражение, ответил Сафонов.
- Вы не против, если с вашей помощью я ознакомлюсь с местом преступления? Конечно, если вы располагаете временем. - Предупредительность была лозунгом Анджело.
- Поехали. Вопросов нет, - последовал неохотный ответ.
Они вышли из здания прокуратуры и подошли к машине Анджело. Так как ему предстояло показывать шоферу Маркину дорогу, Сафонов тяжело уселся на переднем сиденье, а Агаев соответственно - на заднем. После этого они отправились в сторону подмосковного Дмитрова.
- Отсюда прямо, а потом свернешь налево, - сказал Сафонов, когда они подъехали к окрестностям города. - Вблизи от места, где был найден труп Матвеева, стоят восемь пятиэтажек.
Следователь начал рассказывать о проделанных за двое суток мероприятиях. Из его слов следовало, что сразу после обнаружения трупа был объявлен план «перехват», но никаких результатов он не дал. Были взяты показания у всех, кто мог знать или видеть что-либо, опрошены работники ЖКХ, сторожа. Оперуполномоченные провели беседы с местными гражданами, ранее имевшими судимость.
Убийство было совершено с помощью острого предмета, предположительно, ножом с длиной лезвия около тридцати сантиметров. По всей видимости, личные вещи пострадавшего похищены не были: В карманах Матвеева обнаружили двести тридцать рублей и документы. Часы были на руке. Не тронули даже мобильный телефон. Так что версия, что преступление совершили с целью ограбления, отпадает. На переднем пассажирском сиденье был найден листок со стихотворением, отпечатанным на принтере. По показаниям жены Матвеева, муж не только не занимался стихотворчеством, но вообще не интересовался поэзией. Не было у него и необходимого компьютерного оборудования для вывода на печать указанного документа. Не стоило, по словам Сафонова, отбрасывать и версию, что лист подбросили для того, чтобы увести следствие в ложном направлении.
- А как насчет телефонных переговоров? Удалось ли что-либо найти? - спросил внимательно слушавший его детектив.
Сафонов пожал плечами и сказал:
- Мы выяснили, откуда и куда звонили с его мобильника. Но ничего существенного не обнаружили. Обычные звонки жене, иногда двум-трем близким знакомым и входящие звонки с тех же телефонов. Так что номеров в списке телефонных переговоров, которые могли бы вызвать оперативный интерес, не оказалось.
Впереди показались построенные еще в советский период пятиэтажные дома, окруженные небольшим березовым лесом.
- Так, друг, остановишь вон там, перед первым домом, – дал указание шоферу Сафонов.
Маркин подал «БМВ» к краю дороги. Панельные здания стояли примерно в двухстах метрах от шоссейной дороги. В центре двора между домами была разбита детская площадка, а в глубине, справа от нее, находился универсам.
- Во двор входить не понадобится, – сказал следователь прокуратуры. – Никто из жителей и работников универсама никакой машины не видели. Видите вон то здание? Это местная школа. Возле нее и был обнаружен труп.
Они направились туда. Указанная школа находилась на приличном расстоянии от жилых зданий.
- Сейчас придем. Труп Матвеева был обнаружен на песчаном холмике между забором школы и лесом, - подходя и указывая на место, пояснил Сафонов. - Возможно, это сделали для привлечения внимания.
Они прошли к заднему фасаду школы. Анджело стал внимательно изучать окрестности.
- Эта грунтовка начинается уже отсюда, - сказал он, глядя на уходящую в лес ленту дороги. - Получается, что по ней вполне может проехать любой автомобиль, не так ли?
Сафонов согласно кивнул.
- По следам протекторов мы установили, что машина Матвеева притормозила перед школьными воротами, а потом отъехала назад. Видимо, обратно на грунтовку.
Вдоль заднего забора школы виднелась канава, напоминающая подкоп глубиной примерно в один метр, а в отдалении, приблизительно в пяти метрах от забора, возвышался затвердевший от осенних дождей песчаный холмик. Видимо, судя по тому, что рядом располагалась заплывшая старая яма, образовался он в результате каких-то давних землекопных работ.
- Вот это место, - сказал Сафонов. – Здесь нашли.
Агаев закурил и внимательно, шаг за шагом, стал обходить вокруг песчаного холмика. Тут в последние дни потопталось столько людей, что шансы обнаружить нечто новое приближались к нулю. Но Анджело не торопился. По своему опыту он знал – иногда важнейшие следы и даже улики лежат прямо перед глазами, а «замыленный» взгляд оперативника или следователя их как раз и пропускает.
Так. Рваная, потерявшая свою исходную расцветку пачка из-под сигарет «Золотое руно». Лежит тут не меньше месяца. Два окурка с совершенно побелевшим под дождями фильтром. Бутылка из-под пива, вся запачканная грязью. Давнее кострище. На его краю что-то блеснуло...
Агаев наклонился и поднял прямоугольный металлический фрагмент. Повертел в руках. Кусок браслета для наручных часов. Сколько здесь пролежал – неведомо. Может, и пару лет даже. Этот металл не ржавеет.
Анджело поколебался, но затем положил в карман. Надо потом осмотреть досконально.
Сафонов стоял в стороне, тоже курил и со скептическим видом наблюдал за действиями детектива. Агаев взглянул на него и слегка улыбнулся – в эту минуту следователь напомнил ему инспектора Лестрейда, который присутствует при осмотре Шерлоком Холмсом места совершения преступления.
Обойдя еще раз вокруг холмика, Анджело существенно расширил радиус своих поисков. Но больше ничего интересного не обнаружил.
- Насколько я понял, отсюда по грунтовке можно доехать до того места, где нашли машину?
Сафонов пожал плечами.
- По этой дороге ездят не очень часто, но раза два в час кто-нибудь точно появится. За сутки следов протекторов накопилось немало. Хотя, конечно, тут самый прямой путь.
- Странно, зачем было привозить труп сюда, а машину бросать у шоссе, - задумчиво произнес Агаев. - Отсюда сколько будет? Метров семьсот?
- Примерно так, - подумав, согласился следователь.
Делать здесь больше было нечего.
- А ночной сторож при школе есть?
- Да. Старичок такой, давно за шестьдесят, большой любитель это дела. - Сафонов прищелкнул по горлу. - Богом клянется, что ничего не видел и не слышал.
Далее следователь рассказал об обстоятельствах обнаружения трупа. В тот день в десять часов утра, прячась от глаза директора, сюда приходили покурить трое старшеклассников. Увидев труп, они сообщили об этом учителям, а те вызвали милицию. По словам экспертов, смерть наступила приблизительно за десять часов до этого. Таким образом, предположительно преступление было совершено 28 ноября где-то около одиннадцати часов вечера.
- Выходит, что в это время в школе никого, кроме сторожа, не было?
- Да. По его словам, он до трех часов ночи смотрел телевизор в служебном помещении, а потом спал до восьми тридцати утра.
- А где находится комната сторожа?
- В здании школы, на первом этаже. Первая дверь справа. Окна выходят во двор. Хотите войти в здание?
- Да, было бы неплохо.
Они направились в школу. Сторож, стоявший у входа, сразу узнал Сафонова.
- Здравствуйте! – сказал он с жизнерадостной улыбкой.
Следователь снисходительно кивнул. Полуобернувшись к Анджело, едва слышно произнес:
- Наверное, думает: чего мы тут еще хотим найти? В четвертый раз уже приезжаю. Вообще иногда такое услышишь от народа, что получается, будто мы где-то прячем преступников. Захотим, махнем волшебной палочкой и все - готово, сидит за решеткой. Если вдуматься, то убийство Матвеева на первый взгляд - не такое уж и сложное, однако пахнет конкретным «висяком». Поверьте, так иногда от этого тошно бывает. Честно признаться, иногда стыдно бывает смотреть людям в глаза.
Детектив решил лично опросить веселого сторожа. Не допускавший фамильярности в обращении с кем бы то ни было, Агаев спросил:
- Скажите, пожалуйста, уважаемый, не могли бы вы вспомнить, в ту ночь ничего подозрительного вы не слышали?
Криво усмехнувшись, старик ответил:
- Да я ж сказал все, что знал. Сколько можно про одно и то же спрашивать? Ничего я не слышал. И вообще, обо всем узнал на следующий день, вечером, когда на работу пришел.
- С ним бесполезно разговаривать, - тихо бросил Сафонов. - Он был пьян в сиську. Приедем в прокуратуру, я покажу вам протоколы допроса.
Тем не менее, поскольку это было независимое расследование, Анджело решил провести все необходимые в таких случаях процедуры. Тоже убедившись в бесполезности услуг старого пьяницы, он с его разрешения провел осмотр служебного жилища «Иваныча», представлявшего собой маленькую комнату на первом этаже школы.
Что же, больше здесь ничего не «выжмешь». Пора уезжать.
Они вышли на улицу и направились к тем самым пятиэтажкам. Старушки, сидевшие на дворовых скамейках, с любопытством поглядывая в их сторону, начали перешептываться. Не стоило быть семи пядей во лбу, чтобы понять: это было связано с неизвестным спутником уже запомнившегося им следователя. Труп, обнаруженный во дворе школы, наверняка до сих пор являлся предметом их многословных комментариев и гипотез.
Теперь следовало ознакомиться с местом, где обнаружили машину покойного Матвеева.
- Покатаемся еще, Юрий Давыдович? – спросил Агаев.
- Ничего не имею против, – незаметно вздохнув, ответил Сафонов.
Увидев, что Анджело и следователь идут к машине, Маркин заблаговременно включил зажигание.
- У вас уже есть какие-либо предположения? - спросил Сафонов, когда они медленно поехали по грунтовке.
- Пока не увижу места, где нашли «Жигули», мне нечего сказать. Но я уверен, что должна быть какая-то зацепка, которая в состоянии помочь расследованию, - ответил детектив.
- Увы, - снова вздохнул следователь и почесал в затылке, - пока ничего такого нам найти не удалось.
Анджело попросил рассказать о результатах осмотра автомобиля, который лично проводил Сафонов. Свежие следы мог обнаружить только он.
По словам следователя (об этом Агаев уже знал от Астахова), никаких «криминальных» отпечатков в машине найдено не было. Однако под водительским сиденьем и сбоку от него были выявлены следы крови, группа которой не соответствовала матвеевской. Вполне вероятно, что при совершении преступления кто-то из преступников получил ранение. Хотя это всего лишь версия…
В ходе рассказа Сафонов высказал предположение, что Матвеева могли убить и в другом месте, возможно, даже в Москве. А потом труп зачем-то привезли сюда. Правда, вызывает удивление способ, при помощи которого от него пытались избавиться. Перейдя к вопросу о месте обнаружения брошенной «пятерки», он сказал:
- «Жигуленок» нашли через сутки, случайно. Он стоял между двумя большими березами на этой самой грунтовке. От шоссе Дмитров – Москва это в двухстах метрах. Сейчас все увидите.
По указанию Сафонова через несколько минут машина остановилась в указанном месте. Кругом шумел высокий лес.
Следователь походил вокруг берез, внимательно глядя на землю, усыпанную слоем спрессованных от осенних дождей листьев, и уверенно заявил, что за два дня от следов протекторов, зафиксированных их фотографом 30 ноября, почти ничего не осталось…
- Место выбрано удачно, оно находится примерно на полтора метра ниже уровня Дмитровского шоссе. Со стороны дороги и не заметишь, - отметил Анджело.
После чего начал, закурив сигарету, тщательно обследовать все окружающее пространство. Он давно убедился в действенности своих методов. Сколько раз, проходя там, где уже побывало немало людей, ему удавалось найти существенные детали!
Остановившись в задумчивости, посмотрел на линию дороги, петляющей между стволами берез. Через полторы сотни метров она сворачивала в сторону автострады. Вот важнейший вопрос: как ехал Матвеев? Если он по каким-то причинам свернул сюда с шоссе, то куда направлялся? Допустим, по просьбе пассажира держал путь к тому самому микрорайону, где потом нашли труп. Предположим, там и произошло убийство. Тогда получается, что преступник (или преступники), оставив тело на песчаном холмике, вернулись обратно тем же путем и бросили машину в чаще, надеясь, что найдут ее нескоро.
- Юрий Давыдовыч, а там, где обнаружили тело Матвеева, следов колес какого-либо другого автомобиля не было?
- Нет, только от его машины, - убежденно ответил Сафонов.
- А здесь вы пытались по отпечаткам протекторов выяснить, куда ехали «Жигули»? Вон там довольно жидкая грязь. Могло что-то сохраниться…
- Вы нас обижаете, Дмитрий… Эминович, верно? Конечно. Фотограф прошел по дороге и сделал несколько качественных снимков. Но я же уже говорил - тут постоянно кто-то проезжает. За сутки все старые следы затерлись. Очевидно лишь то, что сюда «Жигули» пригнали преступники после совершения убийства. На настоящий момент это можно считать единственным твердо установленным фактом.
Анджело, слушая Сафонова, тем временем отходил все дальше и дальше от двух берез, где еще недавно стояла машина Матвеева. Широкая лужа справа от грунтовки сразу привлекла его внимание. Дело в том, что любой автотранспорт, просто минующий это место без запланированной остановки, без особой необходимости не должен был проезжать через лужу справа. Всегда есть возможность свернуть влево и обогнуть грязный участок. А вот если надо невдалеке заглушить мотор, например, там, где преступники оставили «пятерку», то другого пути нет - придется «форсировать» эту жижу.
Агаев тщательно осмотрел края лужи и мысленно себя похвалил. Он не ошибся в своих предположениях. Сбоку просматривался хоть и стертый, но вполне различимый след протектора какого-то автомобиля. Анджело присел на гнилой ствол, лежащий рядом, и провел пальцами по стертым оттискам резиновой шины. Прикинул на глаз ширину, дорисовал в сознании недостающий фрагмент узора. Сомнений не было – это иномарка, причем, что особенно важно, она здесь довольно резко развернулась, выворачивая с грунтовки (в одном месте видно более значительное углубление в грязи), двигаясь строго перпендикулярно направлению дороги. А куда? Как раз к тем самым березам…
- У вас появились какие-то соображения? – с надеждой спросил, подходя, Сафонов.
Анджело приподнялся, молча указав рукой на стертый отпечаток протектора.
- Вы хотите сказать, что сюда приезжала еще одна машина?
- Именно это я и хочу сказать. Иномарка, кстати. И по времени это вполне сравнимо с субботним днем 28 ноября. Весьма вероятно, что перед нами в буквальном смысле, - Анджело усмехнулся, - след преступников.
- А если, - задал резонный вопрос следователь, присев и рассматривая оттиски шин, - эта иномарка свернула сюда с грунтовки, чтобы рассмотреть брошенную «пятерку»? Мы же не можем установить точное время ее появления.
Агаев усмехнулся:
- Можем. Вчера дождя не было, а позавчера, как я выяснил, в этом районе весь день шел легкий моросящий дождик. Колеи сильно размыло, следовательно, машина тут появилась довольно давно. Если, как вы предполагаете, это «левые» свидетели, то явные следы их интереса наверняка смог бы зафиксировать ваш фотограф. А этого, кажется, не произошло. Машина остановилась метрах в пятидесяти от предполагаемого места парковки «Жигулей». Значит, водитель никак не подходят на роль случайного соглядатая.
Сафонов мог только развести руками – логика неведомо каким образом свалившегося на розыскную дорогу частного детектива кого угодно могла сбить с верной колеи…
Когда они возвращались обратно, Анджело попросил рассказать о мероприятиях, предпринятых в связи с находкой на месте преступления очевидных улик.
Как только было выяснено, что группа крови, следы которой обнаружили в машине Матвеева, могла принадлежать постороннему лицу, появилось основание связаться с медицинскими учреждениями с запросом о том, фиксировались ли в последние дни случаи обращения за оказанием помощи в связи с ранениями. Запросы были направлены во все соответствующие учреждения Дмитрова и, на всякий случай, даже в соседние районы. Как выяснилось, за последнюю неделю в городе зарегистрировано четыре таких обращения. Из них два – по поводу производственных травм, еще два – по поводу мелких бытовых ранений. Все эти случаи тщательно проверили, но никакой связи с убийством Матвеева обнаружено не было.
Анджело понимающе кивнул.
Они как раз выезжали на трассу, ведущую к Москве.
- Кажется, на сегодня хватит, - подытожил Агаев. - У вас, наверное, тоже много работы.
- Да, - вздохнул Сафонов. - Знаете, у нас в области новый прокурор. Такой сейчас шмон навел, хоть караул кричи. Требует в течение недели доложить обо всех нераскрытых делах. Мне надо подготовить обширную справку.
Подъехав к зданию Мособлпрокуратуры, они вышли из машины.
- Может, зайдете, почаевничаем? - с улыбкой спросил Сафонов.
- Спасибо, Юрий Давыдович. Могу я посмотреть стихи, найденные в машине Матвеева?
- Нет проблем. Прошу.
Они поднялись в кабинет. Сафонов открыл сейф, вытащил оттуда тонкий полиэтиленовый пакет-«файл» и протянул его Анджело. Из пакета на массивный стол выпали лист бумаги со стихами, техпаспорт Матвеева, какие-то клочки бумаги с телефонами, смятая визитная карточка…
-Это все изъяли из салона, - пояснил следователь.
- Занимательные стихи, - проговорил Агаев, бегло пробежавшись по строчкам и, указав на копировальный аппарат в углу кабинета Сафонова, добавил: - С вашего разрешения я сниму с нее копию? Просто так, на всякий случай.
- Я уже думал об этом, - заявил Сафонов, включая ксерокс, и неожиданно улыбнулся: - Только это не по нашей части, Дмитрий Эминович. Мы в поэзии не разбираемся.
- Стихи слабоваты, - Анджело, прищурившись, взял в руки дубликат найденного листка, еще раз вчитываясь в текст. - Извините, Юрий Давыдович. Я доставил вам массу неудобств. Все, я ухожу. Надеюсь, вместе мы как-нибудь раскопаем это дело.
- Был очень рад нашему знакомству.
Анджело уже подходил к двери, когда неожиданно остановился и задержался.
- Скажите, а вы не пытались каким-то образом связать это дело с тем, что произошло на Ленинградском шоссе несколько дней назад, когда двое пассажиров, которых вез Матвеев, расстреляли патруль ДПС и скрылись?
Сафонов задумчиво почесал подбородок.
- Конечно, мысль такая у меня появлялась. Но проверить что-либо сейчас невозможно. Дело ведет важняк Юрьев, и хоть он тоже из нашей областной прокуратуры, каши с ним не сваришь. Никого не подпускает к расследованию. Да и вообще я вам скажу, лучше держаться от него подальше. Суровый человек. А потом, - Сафонов налил в стакан холодного чая, - сомнительно, чтобы какие-то отморозки, убившие троих милиционеров, стали выслеживать пенсионера. Да и как они смогли бы это сделать?
- Я не люблю таких совпадений, - сказал Анджело и улыбнулся. – И супруга Матвеева говорила, что как раз Юрьев советовал ему быть осторожным. Ведь как-никак Матвеев – единственный, кто в состоянии опознать преступников. Ну ладно, Юрий Давыдович, всего доброго.
Анджело вышел из здания прокуратуры и сел в машину. Всю дорогу он думал о том, с чего же начать это расследование. Конечно, в первую очередь следует встретиться с Зинаидой Матвеевой. Нужно побольше узнать о характере супруга, его друзьях и врагах (если последние существовали), побывать в научно-исследовательском проектном институте, где когда-то работал Григорий Сергеевич, поговорить с коллегами. Возможно, есть такие подробности, о которых знают лишь бывшие товарищи по работе.

5

Проснувшись в этот день в восемь утра, Анджело еще полчаса продолжал лежать в постели. Затем поднялся и вышел на балкон.
Он жил, когда бывал в Москве, недалеко от станции метро «Баррикадная». Оттуда был виден двор Зоопарка. Несмотря на порядочное расстояние – около двухсот метров - временами хорошо были слышны крики экзотических птиц и зверей. Звуки напоминали Анджело о его любимых африканских сафари. Но здесь ощущался не вольный голос природы, а тоска заключенных в клетки, словно в тюрьму, существ, лишенных свободы.
Мимо серой стены Зоопарка прошествовал верблюд, весь, с ног до головы, укутанный разноцветными кусками материи. Его вели на ежедневную «фотосессию» ко входу в метро. Анджело неожиданно вспомнил тех животных, что были расстреляны в иракской пустыне. И почему-то подумал о том, что этому московскому верблюду несказанно повезло…
Он вернулся в комнату, прикрыл балконную дверь. Принял душ, позавтракал и поехал в офис.
Ровно в одиннадцать часов пришла вдова Матвеева, худенькая пожилая женщина с грустным потухшим взором. Казалось, она смотрит не на Агаева, а в вечность.
Он еще раз выслушал то, что уже знал из протоколов, предоставленных ему Сафоновым. Ничего нового узнать пока не удалось.
- Зинаида Петровна, может быть, есть все-таки есть то, о чем вы забыли? – спросил Анджело; чутье подсказывало ему, что женщина чего-то не договаривает. – Поймите, от этого зависит ход расследования. Вы же хотите, чтобы убийцы вашего мужа нашлись? Мне нужна ваша помощь. Я не смогу работать, если у меня не будет полной картины.
- Нет, я вам вроде все рассказала. – Очевидно, что-то вспомнив, она вдруг запнулась: - Но нет…
Заметив, как по ее лицу пробежала какая-то тень, Агаев быстро произнес:
- Зинаида Петровна, смелее! Я же вижу, что пока не все услышал.
Доверчиво взглянув на Анджело, она начала рассказывать.
- Про то, что с ним произошло возле трассы, я узнала от него только на следующий день. В милиции ему посоветовали какое-то время посидеть дома и не выезжать на машине. Он два дня был сам не свой, не отвечал на мои вопросы. Только уже после его смерти я догадалась, что он не мог простить себе смерть тех гаишников…
Зинаида Петровна закрыла лицо руками и беззвучно зарыдала, отвернувшись к стене. Агаев вежливо молчал, опустив голову.
- Грише помогли перекрасить машину, сменили номера, - продолжила она через минуту, вытирая глаза платком. - Я стала очень бояться за него. Гриша несколько раз говорил, что если эти гады попадутся ему на глаза, то знает, что с ними сделает. А утром того самого дня, когда пропал, все-таки решился поехать на работу. Он позвонил мне и сказал, что взял нож, хранившийся в гараже. Я испугалась, говорила, чтобы он не делал глупостей, а возвращался домой пораньше. Но домой он больше не вернулся, – Матвеева вытерла навернувшиеся слезы. - Не знаю, почему, но про нож я почему-то не решилась рассказать следователю, - добавила она.
- Понятно, Зинаида Петровна, - мягко улыбнулся Анджело (он умел непринужденно успокаивать людей).
- Я очень, очень надеюсь, что вы их найдете.
- Обещаю сделать все, что в моих силах.

* * *
Когда Матвеева ушла, Анджело стал реализовывать свой план, составленный еще накануне. Он запланировал съездить в то самое научное учреждение, где закончил свою карьеру Матвеев, и встретиться там с его бывшими коллегами. Визит туда мог помочь в составлении психологического портрета убитого.
Агаев позвонил в НИИ и договорился о встрече. В два часа дня Анджело был уже на месте. В вестибюле его встретил человек, представившийся как заведующий проектным отделом.
- Здравствуйте, очень приятно познакомиться. Старков Дмитрий Геннадьевич, – завотделом с любопытством смотрел на нежданного гостя.
- Здравствуйте. Зачем было беспокоиться? Я бы и сам мог подняться к вам.
- Наш директор сказал, что институт посетит знаменитый Анджело ди Бронзо, и что его следует принять со всем почестями. Оркестра у нас нет, так что считайте меня почетным караулом. Прошу вас. - Старков с улыбкой указал рукой на лестницу, ведущую на второй этаж.
Они поднялись на второй этаж, где находился кабинет директора института. В приемной их встретила секретарша.
- Пожалуйста, входите. Он ждет вас, - сказала она, смерив Анджело оценивающим взглядом.
Директор института Пашутин поднялся навстречу.
- Добрый день. Признаться, я удивлен вашим визитом в наше учреждение. Присаживайтесь, пожалуйста, - он указал Анджело и Старкову на стулья.
- Не буду отнимать ваше время и перейду сразу к делу, - начал Агаев. - Я говорил вам, что меня интересует бывший работник института Матвеев. Возможно, вы знаете, что несколько дней назад его зверски убили.
- Да, мы в курсе, Зинаида Петровна звонила. Очень прискорбно. Матвеев был очень грамотным и опытным специалистом. Ему в свое время предлагали работу за рубежом, но он предпочел остаться здесь. И вот что с ним случилось...
- У него здесь были друзья и, напротив, враги, недоброжелатели?
- Не знаю. Институт большой, сами понимаете. Я неслучайно пригласил сюда именно Дмитрия Геннадьевича. Матвеев работал в его отделе. Уверен, он может рассказать гораздо больше, чем я.
- Вообще-то я бы не сказал, что у Матвеева были друзья, – начал, немного замявшись, Старков. - Впрочем, и врагов тоже. Он был нелюдим и всегда держался особняком. К молодым сотрудникам всегда относился с неприязнью. Нередко между ними случались конфликты. Многие это связывали с его бездетностью. Ну не шел он на контакты с молодежью, и все тут! Как вы знаете, в нынешние времена она все больше предпочитает работать в крупных коммерческих структурах, зарабатывать большие деньги, хорошо одеваться, ездить на дорогих автомобилях. А Матвеева это приводило в ярость. Он обвинял их чуть не во всех грехах. И в мошенничестве, и в стяжательстве, и в разврате – в чем угодно. Часто, видя эти устремления молодых сотрудников, он говорил, что именно такие развалили СССР. Конечно, кому-то подобные высказывания могли не понравиться.
- А если предположить, что кто-то из сотрудников отдела не стерпел оскорблений Матвеева и решил с ним посчитаться?
– Ну что вы! Матвеев давно ушел на пенсию. Да и многие работники, которые работали вместе с ним, после сокращения разбрелись кто куда. И потом - не такие уж серьезные конфликты были, дело не доходило до непримиримой вражды.
– Мне кажется, что это были просто издержки возраста, – заметил Пашутин. – Ведь многие люди его поколения так и не смогли принять ни перестройку, ни, тем более, ее последствий. Некоторые, достигнув пожилого возраста и не добившись особых успехов в жизни, не могут спокойно относиться к успехам более молодых, талантливых людей. Они жалуются на нынешнюю эпоху, придерживаясь принципа: «в наше время все было намного лучше». Но я тоже не думаю, что из-за этого кто-то мог так жестоко расправиться с Матвеевым.
Хотя этот разговор и не дал Анджело каких-либо существенных зацепок для раскрытия преступления, но он все же позволил получить более полное представление о личности Матвеева, его характере. Поблагодарив ученых за содействие, он распрощался...
Выйдя из проектного института, Анджело приехал в свое детективное бюро.
Все люди имеют маленькие слабости. Но чем больших высот они достигают в жизни, вместе с ними растут и их маленькие слабости. Если у Шерлока Холмса это была скрипка, то у Анджело - кулинария.
Взяв к себе на работу в офис повара Минальдини, он добился того, что сотрудники бюро перестали «морить червячка» на стороне, пользоваться услугами общественного питания и выигрывали при этом кучу времени во время перерыва. Когда Агаеву позволяла ситуация, он сам готовил свое любимые блюда – вырезку из телятины в оливковом масле, жаркое из помидоров и баклажанов по-итальянски, и предлагал их своим сотрудникам.
Вот и сейчас Анджело прошел на кухню, где занялся творческим процессом. Затем, когда шедевр кулинарного искусства был приготовлен, он принялся за еду, отпивая из бокала испанское вино «Пингус».
После восхитительной трапезы Анджело направился в свой кабинет, минут пять неподвижно сидел в кресле, обдумывая предстоящие действия. «Итак, личность и характер Матвеева для себя я прояснил. Можно допустить, что к его давней жизни преступление не имеет никакого отношения. Либо это случайное убийство, либо… Да, вполне вероятно, что убийцами являются те бандиты, которые расстреляли милиционеров. И мотив вырисовывается - Матвеев мог их опознать».
Анджело посмотрел на часы. «Пожалуй, если не будет пробок, то через полтора часа я буду в Дмитрове. Надо бы самому поговорить с местными жителями, вдруг удастся еще что-нибудь выявить. Да и по своим каналам следует прозондировать». Выйдя из кабинета, он сообщил Инге:
- Сегодня в бюро я уже не вернусь. Так что, если ты ничем не занята, можешь спокойно ехать домой.
- Денис поручил мне сделать кое-какую работу, – приветливо улыбаясь своему начальнику, ответила секретарь. - Мне придется немного задержаться.
- Никаких проблем, – ответил ей улыбкой шеф и добавил: - Да, еще передай Денису, чтобы оповестил весь честной народ. Завтра в восемь вечера жду всех на даче. Кстати, после концерта туда приедет и Принцесса.
- Ой, Принцесса? Передам, обязательно передам! – весело ответила Инга.
Она была одной их бесчисленных фанаток этой певицы. По просиявшему лицу девушки было видно, что эта новость явилась для нее приятной сенсацией.

* * *

Дениса Рудакова Анджело знал много лет. Когда-то он дал ему нехитрое поручение, связанное с расследованием дела об убийстве одного подростка. Парень блестяще со всем справился. От своих сверстников он отличался блестящей интуицией и широким кругозором. Анджело считал, что Денис принадлежит к поколению «индиго». Когда шеф отсутствовал в Москве, работой бюро руководил Денис Рудаков. В довершение ко всему, он был одним из первых выпускников школы детективов, открытой Анджело.
Это учреждение, основанное Анджело, давало не только высшее юридическое образование, но и готовило высококлассные кадры детективов и адвокатов. Школа располагалась в здании, построенном в архитектурном стиле модерн, и была оснащена самым современным техническим и криминалистическим оборудованием. Будущие детективы и адвокаты слушали здесь лекции выдающихся зарубежных и российских юристов. Большое внимание уделялось и практическим занятиям. Наряду с гуманитарными дисциплинами и предметами юридического профиля, серьезное внимание уделялось специальным курсам.
Изучалась самая современная криминалистическая техника, осваивались новейшие виды мобильной связи, устройства по скрытому прослушиванию разговоров, средства видеонаблюдения, современное охранное оборудование. Здесь обучали не только владению различными видами оружия, но и правилам выживания в экстремальных условиях. Студенты должны были знать как минимум три иностранных языка из преподаваемых шести: английского, французского, немецкого, испанского, арабского и турецкого. На специальных курсах проходили занятия по истории, культуре, музыке и литературе стран, языками которых они овладевали..
В последние годы школа приобрела еще большую популярность. Дело в том, что сам учредитель школы получил немалую известность. На его счету были десятки раскрытых дел, начиная с убийств и похищений людей и кончая крупными финансовыми аферами, экономическими и экологическими преступлениями. В общем-то, приписанный в основном другим лицам разгром крупной мафиозной группировки наркоторговцев, о котором писали во многих газетах и говорили по телевидению, тоже являлся его заслугой...

Следующая стр.

Günün bütün mövzuları

XS
SM
MD
LG